Первый всадник. Книга вторая

Пусть я из богатой семьи и за собой слежу, но из-за увлечения паркуром, мотоциклами и много еще чем ногти никак не могли нормально отрасти, а на гель я категорически не соглашалась. Что до волос, то тут природа щедро одарила, дав мне слегка вьющиеся густые волосы. Рыжий каскад привлекал внимание и всегда выглядел стильно и модно. С косметикой у меня отдельный разговор. Все из-за того же байка пришлось отказаться от тональных кремов, теней и прочей ерунды, ограничившись тушью. Не очень приятно, втискиваясь в шлем, оставлять на его внутренней части весь свой макияж.

Поэтому я давно привыкла обходиться без декоративной косметики. К счастью, на внешность я никогда не жаловалась.

– Ты биржевой маклер? – навскидку предположила я.

Гор резко поднял на меня глаза. Его взгляд был цепким, выдавая в мужчине способность анализировать и отличную деловую хватку.

– Тебе Луксор сказал. – Он не спрашивал, а утверждал. Мне даже стало как-то обидно. Неужели этот высокомерный чурбан ни во что не ставил мои умственные способности?

– Сама догадалась, – буркнула в ответ и отвернулась от самоуверенной рожи.

– Простите, госпожа. Характер иногда проявляется, – без капли сожаления извинился грех. – Вы очень наблюдательны.

– Зачем тебе это? Ты же мотогонщик?

– Гонки поднимают мое эго, но не дают пропуск к сливкам общества, а вот успешная работа и деньги дают, госпожа, – пояснил шатен, возвращаясь к газете. – Так кто вам рассказал про мою работу?

Заметила одну особенность: как только пороки косячат, они быстренько переходят на вежливый тон и уважительное обращение.

Даже на «вы» переходят. Защитная реакция у них такая, что ли? Или и в самом деле вспоминают, кого вздумали обидеть? Война для них как светоч и тьма одновременно, и я все не пойму, то ли они боготворят меня, то ли боятся.

– Да у тебя на лбу написано, что ты брокер, – хохотнул Жора, одновременно выгребая все из моего холодильника и поджаривая котлетки на медленном огне. – Ты б еще газетой ей в нос ткнул и визитку дал.

Пухлый грех разошелся с готовкой не на шутку, так даже Надю редко закидывало. Все четыре конфорки заняты, духовой шкаф кочегарит на всю, запекая жаркое, микроволновка варит кашу, а мультиварка печет бисквит. Кофемашина без перерыва взбивает молоко, а миксер, кажется, делает крем. На кухне смешались всевозможные запахи, и даже открытое окно с вытяжкой на пару мало помогали. Однако оторвать Чревоугодие от еды было попросту невыполнимой миссией. Проще потерпеть.