Записки несостоявшегося гения

Моя мамочка удивленно

слушала ее, затем посмотрела на меня неверяще-изумленным взглядом, и ее лицо стало

медленно заливать стыдливой розовой краской.

Во время этой экзекуции я сидел, пряча глаза. Мне казалось, что все смотрят на нас

с мамой с презрением. Мама взяла меня за руку и крепко успокаивающе сжала.

– Что вы на это скажете? – тихо (мне показалось – участливо) спросила ее классная

руководительница.

Мама растерянно молчала, а у меня так билось сердце, что я стал бояться, что оно

выскочит их груди.

А тут уже встал отец другой девочки и, потрясая в руках моей запиской, стал

требовать, чтобы меня или выгнали из школы, или перевели в другой класс.

– Виталик, – обратилась ко мне Елизавета Андреевна, – а ты ничего не хочешь нам

сказать?

– Честно говоря, все это для меня внове, – повернулась она к родителям, – за три

года классного руководства я как-то ни разу не замечала такой его особой

заинтересованности…

И тогда я отнял свою руку от маминой, встал и медленно, четко зачитал вслух две

заранее подготовленные записки.

В классе поднялся страшный шум. Обескураженные жалобщики, стали кричать, что я возвожу гнусную напраслину на их благородных дочек и потребовали записки для

сличения почерков. Я отдал их Елизавете Андреевне, она внимательно ознакомилась с

ними, грустно покачала головой и передала притихшим родителям.

Опьяненный неожиданным успехом, я показал всем принесенную коллекцию и

предложил почитать вслух письма других девочек.

– Не делай это! – прошептала мне мама, но меня уже понесло. Я тут же зачитал еще

несколько записок и остановился только тогда, когда родители остальных девочек стали

кричать:

– Хватит! Достаточно! Пора прекратить это безобразие! У него их целая куча – так

мы будем сидеть здесь до самой ночи, что ли?!

– Почему хватит? – заволновались родители, уже выслушавшие записки своих

любвеобильных чад, – пусть читает дальше, времени у нас достаточно! Когда он читал о

наших – вы смеялись, теперь хотим посмеяться мы!

14

– Прекрати! – жестко сказала мне мать, забрала из моих рук шкатулку, высыпала

содержимое на парту и стала быстро рвать маленькие бумажки в клетку и линеечку.

На обратном пути мама не хотела со мной говорить. Отвечала односложно и думала о

чем-то своем.