Лимитерия

Полное отсутствие окон и не слишком приятный запах сигарет рушили атмосферу светской кофейни, куда обычно ходят не искушённые алкоголем люди. И неспособен разогнать сей смрад одиноко вращающийся под потолком деревянный вентилятор, ибо сколько ни крутись – а всё равно надымят куряки.

Хог не удивился, когда, появившись на пороге, тотчас стал объектом всеобщего внимания. Ещё долго местный контингент будет помнить этого парня как нарушителя спокойствия, с собой принесшего хаос. Особенно те, что сидели сейчас за столами, пили хмельной квас и потирали синяки, оставленные Лимитом.

– Всем доброго утречка! – поздоровалась со всеми энергичная Юля. Волонтёры вмиг оттаяли и приветливо улыбнулись ей.

– Здравствуй, Юличка! Ты восхитительно выглядишь!

– Эхехе, спасибо!

Атмосфера нормализовалась. Охотники снова вернулись к прежним делам: одни пили пиво, другие бросали игральные кости на доску, а третьи рассказывали друг другу о пережитых ими ужасах во время вылазок.

Хог, Пряник и Юля направились к барной стойке, за которой кружился будто в танце энергичный трактирщик – загорелый, коренастый и мускулистый.

– Кому что – говорите! О, новые лица! Добро пожаловать в мой скромный райский уголок! – буквально пропел он, завидев приближающихся.

– Знакомься, Хог: это Бром, самый талантливый в мире трактирщик! – улыбчиво представила Юля своего знакомого Хогу. – Всё, что приготовлено его руками – объедение!

– Ох, ну, ты меня переоцениваешь немного, Юль. Я просто с пеленок у плиты стою, вот и напрактиковал всё, что умею.

– Это ничуть не умаляет твоего таланта, хе-хе.

– Ну, возможно. Привет, Хог! – Бром протянул руку Лимиту. Тот, немного помявшись, пожал её. – Будь как дома, дружище! Здесь все всем – братья и сёстры, батюшки и матушки! Ты сам-то откуда, кстати?

– Из Лимитеры, – волонтёр хмыкнул. Назло стервозной эрийке ведь рассказывал. – Про историю с наймом, думаю, слышал уже.

– Ага. Сам основатель тебя просил разобраться с Лешим. Слушай, красавчик! Только за это готов угостить тебя своим фирменным квасиком! Опля!

Раз-два! – и деревянная большая кружка, наполненная до краёв жёлто-коричневой прохладной жидкостью с пеной, со стуком опускается на столик.

– Эй! Я ему, между прочим, помогал! – возмутился Пряник.

– Сварга Небесная! Прости, дружище, не подумал! Вот! – перед енотом тотчас появляется блюдо с жаренными мясом и картошкой.

– Уря-я-я! – счастливая зверюга принялась кушать.