Инверсионный след

Обороты двигателя на максимум, тормоза отпустить, пошёл, родной! Самолёт резво побежал по бетонке, пилотов вжало в кресла, двигатель был после ремонта в ТЭЧи[8 - ТЭЧ – технико-эксплуатационная часть, ремонтные мастерские для самолётов.] и развивал даже чуть больше положенной тяги.

Скорость 175 км/час, ручку на себя, контроль тангажа, отрыв от земли. Стук колёс о бетонку исчез, самолёт начал набирать высоту. Шасси убрать, закрылки тоже на место. Контроль операций, не забывая про распределение внимания.

Можно скорректировать маршрут и отправляться в зону.

– 2 24 на втором развороте, курс 120 градусов, иду в пятую зону на 1500.

– 2 24, понял, выполняйте.

– Ну что, курсант! У тебя сегодня сложный пилотаж, зайдём в зону, набирай четыре тысячи, начнём со штопора, а дальше по заданию! – инструктор напомнил программу полёта.

– Понял! Есть!

– Видимость какая, на 130 километров, наверное! Глянь вправо, Москву видно!

– Да, видно!

Внизу, на земле, отличным ориентиром для воображаемого овала зоны для пилотирования служило международное автомобильное шоссе, а также небольшое озеро, абсолютно круглой формы.

С высоты казалось, что об поверхность земли кто-то огромный стукнул мячом, оставив лунку, а после оно заполнилось водой и стало озером.

– 2 24 в пятой зоне, приступил к выполнению набора высоты и пилотажу.

– 2 24, принято.

– Набирай высоту так, чтобы озеро было в центре, ветер южный. Нас сносить будет из зоны. – Инструктор в задней кабине дал ценный совет, чтобы меньше тратить времени на удержание в зоне.

– Понял.

– Высота 4100, скорость 250, готов к выполнению штопора.

– Что спрашивать, делай! Считай, что ты один. – Одновременно умудрился отругать и подбодрить инструктор.

РУД[9 - РУД – ручка управления двигателем самолёта.] на минимум, двигатель почти стих, ручку на себя, задача заставить самолёт потерять подъёмную силу и скорость. Упражнение «штопор», которое обязаны уметь выполнять все курсанты, имитировало ввод в штопор и, разумеется, отработку вывода самолёта из этого страннейшего состояния, будто небо отказалось держать тебя на своих руках.

Самолёт за один виток терял полтора километра высоты за 3-4 секунды. Оно в Максе вызывало какое-то скрытое чувство противоестественности и ненужности. Неправильно это, не должно быть так, лётчик должен стремиться лететь, опираясь на крыло, а не падать в неуправляемом полёте, резко теряя спасительную высоту.