Крыло монарха

Эдвард подметил, как резко изменилось выражение его лица. В считанные секунды из скромного и нервозного парня, мистер Хейс превратился в «разъяренного льва». Его глаза блестели от невыразимой ярости, губы сомкнулись в жесткую линию, а щеки стали пунцовыми. Эдварду показалось, что он вот-вот набросится на своего обидчика, поэтому он внутренне приготовился разнимать драку. Но, спустя несколько секунд, мистер Хейс стал успокаиваться. Он снова удобно устроился в кресле и теперь смотрел на Алекса почти снисходительно.

Было очевидно, что Алекс уже не в первый раз проделывал этот трюк. И, судя по выражению его лица, он еще ни разу не добился желаемого результата.

Последовав примеру Коннора, Браунинг скучающим тоном спросил:

– Кстати, как там твои акции?

– С переменным успехом, – недовольным тоном ответил мистер Хейс. – Сам знаешь, удача в этом деле играет не последнюю роль.

– Играете на бирже? – поинтересовался Эд.

– Да, иногда случается. Но это непостоянный заработок.

– Чем же вы занимаетесь, позвольте спросить?

– Я, как бы лучше выразиться… помогаю в делах своему дяде. Иногда езжу по его поручениям за границу.

– Я полагал, что этой работой занимается мистер Браунинг.

– Скажем так, Коннор у нас больше клерк: он улаживает бумажные вопросы. А я ловлю «крупную рыбу», – с гордостью заявил Алекс.

Коннор не был в восторге от такого определения, но решил не вступать в спор с Браунингом.

– Вам нравится путешествовать, мистер Хейс? Могу сказать про себя – переезды даются мне нелегко. Я взял отпуск в начале июля – решил, так сказать, подлечить нервы и поправить здоровье. Но, по правде говоря, больше устал, чем отдохнул. Поезда и корабли определенно выматывают. Лучше бы я провел две недели в каком-нибудь пансионате в Брайтоне. Если бы мне надоело, я бы мог за полдня добраться до Лондона.

– Я не люблю сидеть дома, – твердо заявил Коннор.

– Еще бы! – ехидно отозвался Алекс. – Ведь ты живешь с матерью!

Это была вторая шпилька в адрес мистера Хейса. Но и в этот раз он преодолел свой гнев. Эдвард все больше поражался этому парню. На его месте детектив уже бы отделал этого выскочку Браунинга, несмотря на то, что был джентльменом. Но даже настоящий джентльмен не может бесконечно терпеть такие отвратительные шуточки.