Проклятие фараонов

– Возможно? – переспросил Эдвард. Он машинально поправил свое пальто и немного прокашлялся, чтобы придать себе серьезности. – Значит ли это, что она сейчас занята, но немного погодя сможет устроить для меня сеанс? В таком случае, я просто подожду здесь. На сегодня у меня нет других планов.

– Мадам Мирела свободна, но ожидает другого клиента, и ей нужно некоторое время, чтобы настроиться.

– Я все прекрасно понимаю, – с притворным сочувствием сказал Эд. – Как же я об этом не подумал… Но, право же, я не тороплюсь.

Я могу подождать даже пару часов. Я выделил себе целый день для того, чтобы…

– В этом нет необходимости, – перебила его девушка. – Если мадам почувствует, что готова принять вас, она к вам выйдет. Если нет, то вам придется записаться на сеанс, как и всем остальным. – Она с укором посмотрела на детектива, чтобы еще раз устыдить его.

– Мне бы очень хотелось увидеть вашу госпожу сегодня, – настаивал Эдвард. – Мое дело не терпит отлагательств. Боюсь, что без ее помощи все станет совсем плохо…

– Я ничем не могу вам помочь, мистер Смит, – сухо сказала девушка.

 – Я передала вам слова мадам. Вы можете уйти, если это вам не подходит.

Эдвард вновь ощутил себя школьником. И почему эта надменная девица заставляла его чувствовать себя так, будто он какой-то провинившийся мальчишка? Что-то в ее взгляде, в том, как она себя с ним держала, было для него непривычным и даже немного пугающим. Несмотря на свой юный возраст, девица прекрасно сознавала собственную значимость и власть над клиентами своей госпожи: она была на своей территории, и каждый пришедший сюда человек был в какой-то степени ее «подопытным».

Она могла выдумать любую глупость, любую небылицу, поведать самую неправдоподобную историю про свою госпожу, и всякий посетитель салона поверил бы ей. Ее суровый взгляд, резкие движения и безразличный тон голоса, как и окружающая ее атмосфера, внушали людям, что они слабы и ничтожны перед чем-то непостижимым и сверхъестественным, перед чем-то, что выше их понимания.

После ее последней безучастной реплики, Эдвард ощутил некоторую растерянность. Отступать было некуда. Он должен был добиться своего любыми возможными способами. Детектив оглянулся по сторонам. Эта комната действовала на него странным образом. В воздухе витал еле уловимый запах благовоний, зажжённые свечи навевали мысли о чем-то высоком, даже религиозном, а полумрак, царивший здесь, ничуть не успокаивал разыгравшееся воображение.