Жестокий. В уплату долга

Наивный дурак! Эти звери нас прихлопнут, раздавят и вышвырнут на помойку. Плевать они хотели на презумпцию невиновности и прочую лабуду. Им нужен результат. Только Антон, как настоящий идиот, ещё верит в то, что их можно облапошить. Я же не настолько наивна.

– Поподробнее, красавица, – черноглазый засовывает руки в карманы, принимает расслабленную позу.

– Его дружок украл деньги и сбежал. Давай, говори! – толкаю мужа в бок локтём, а тот тяжело вздыхает.

– Простите меня, Имран Валидович. Не знаю, как так вышло, – Антон опускает голову, всхлипывает.

 – Вы Златку отпустите, а я всё вам расскажу. Она ни в чём не виновата. Отпустите?

– Рожай, блядь. Не беси меня, – сквозь зубы цедит бандит, и Антон с силой сжимает мою руку. Сначала мне кажется, что это какой-то знак, а потом понимаю, что это он от страха. Становится гадко и противно. Хоть бы раз в жизни показал, что у него есть яйца.

Антон вполголоса рассказывает свою историю, а я не могу сдержаться от горькой усмешки.

Как, скажите мне, как можно быть таким идиотом? Даже я, человек абсолютно не склонный к аферизму, провернула бы подобное дело раз в сто толковее.

Радует, что хотя бы сейчас он всё понял и больше не пытается выкрутиться. Всё-таки не стоит злить этих психов – кто знает, на что они способны.

Антон замолкает, с надеждой поглядывает на бандита. Тот не шевелится, сканирует мужа своим пробирающим до мяса взглядом. Резко и шумно выдыхает через нос и отходит к лестнице.

– Развлекайся, Ваха, – мимоходом бросает бугаю, и тот, гадко ухмыльнувшись, надвигается на меня.

Сам главарь садится на ступеньку, снова смотрит на мужа.

– Как насчёт порнушки с твоей женой в главной роли?

Антон вскидывается, бросается к бугаю:

– Нет! Стойте! Не надо! Она же не виновата!

Слышу испуганный всхлип, спустя несколько секунд понимаю, что принадлежит он мне. Вжимаюсь в стену. Бугай отшвыривает скулящего Антона в сторону и хватает меня за шкирку.

– Я же говорил, что выебу, – меня резко разворачивают лицом к стене и впечатывают в неё с такой силой, что на какое-то время я даже теряюсь.

Прихожу в себя, когда урод наваливается на меня всей своей трехтонной тушей, и его рука быстро нащупывает грудь.

– Нет! Не трогайте! Прошу вас! Мы же всё рассказали! Вы не имеете права! – выкрикиваю первое, что приходит в голову, хотя и понимаю: это бессмысленно. Кому я тут о правах и законах ору? Плевать им на все мои права.