Восточная сказка. Подарок для шейха

Конечно, в большинстве случаев (как говорили «знающие» девушки, что попали сюда по своей воле), этим Хозяином оказывается старый, лысый, богатый извращенец, который будет измываться над несчастной девочкой несколько дней, а может и недель, после чего, она останется инвалидом, в лучшем случае.

В худшем… Её ожидает то, что и остальных.

Очень мало девушек остаются в живых. Ещё меньше – возвращаются домой. Буквально единицы.

Дарина не была мечтательницей. Она понимала, что жизнь закончена.

И не важно, кто её купит.

После того, что сделает с ней тот мужчина… Она уже не будет прежней. Её вообще не будет. Только бренное тело будет бороться до последнего. Душа же умерла в тот миг, когда её связали и назвали этим словом…

Абда[1 - Абда – рабыня.].

Она больше не принадлежит себе. Она – невольница.

Пожилая женщина в тёмном закрытом одеянии осмотрела её с таким скучающим видом, словно занималась этим каждый день.

На все мольбы девушки она отвечала лишь равнодушным взглядом и не более.

Может от того, что не знала ни русский, ни украинский язык, а может – привыкла.

Пару минут она что-то объясняла Саиду, а затем быстро удалилась, надев на лицо какую-то черную тряпку.

Дарина заметила, что многие женщины здесь ходят с закрытым лицом.

Она знала, что у мусульманских народов так принято. Но для девушки был в новинку тот факт, что рабство у них привычное дело.

Как?! Как можно лишить человека воли и свободы? Заставить его быть кем-то, вроде собаки, как?!

– Ты хороший девочка, Дарына.

Твоё тело тебе помогать, – Саид ухмыльнулся мерзкой улыбкой, от которой снова замутило. – Я найти для тебя хороший покупатель, абда. Ты стать подарок.

Дарина сглотнула. Она плохо понимала этого человека, но то, что удалось разобрать прозвучало как приговор.

* * *

Амир устало откинулся на спинку мягкого кресла, что любезно подвинул ему метрдотель.

– Что-нибудь… – услужливый метрдотель не успел договорить, как его резко оборвали.

– Нет! Оставь меня! – шейх был невероятно зол.

Мерзавцы, что покушались на его жизнь и при этом убившие Аишу, наказаны. Их тела уже принял в свои объятия погребальный огонь.

Только вот стало ли ему от этого легче?

Нет.

Он по прежнему жаждет крови и насилия.

– Амир, я рад тебя видеть! – лучезарно улыбнулся ему Али, чувствуя на себе уничтожающий душу взгляд родного брата. – Пусть Аллах продлит твои…

– Зачем ты пришёл, ничтожество? – не скрывая своего презрения, Амир воззрился на брата.