Братство Чёрной Птицы

Вас видимо смутила эта тряпка на мне. Я купил её у монахов, дабы хоть как-то прикрыть мои бедные кости. Меня зовут Пенизер. Бывший помощник у графа Стальло, а ныне обычный попрошайка, который может вам помочь.

– И каким интересно образом? – девушка подозрительно сощурилась.

– Как я понял, от той железяки вы ничего толком не добились? – Пенизер указал на информационный автомат.

– Вы подслушивали мой разговор?

– О нет, что вы! Просто краешком уха услышал, да вот и решил помочь новому человеку в городе.

Сэм скрестила руки на груди и попыталась предать себе серьёзный вид, дабы не выдать волнения.

– Допустим…

– Я могу подсказать дорогу к нему. Всего за один янтарный камушек…

– Дам два, если вы лично меня проведёте.

На мгновение старик Пенизер замолчал, мысленно обдумывая данное предложение.

– Хорошо, но учтите – мои ноги слабы, да и зрение не так остро, так что дорога может занять у нас много времени.

– Я потерплю, – Сэм перекинула походную сумку через плечо, и, понизив голос, добавила:

– Но учите. Если это западня, я смогу за себя постоять.

– Вы обижаете Пенизера. Прошу за мной, – и старик повёл её в переулок между домами. Прочь от диковинного фонтана навстречу тёмной стороне Синибаса.

Многоэтажные дома медленно сменялись более низкими, которые уже не блистали медными заборами в закате солнца, а лишь грустно взирали на редких прохожих своими старыми окнами.

– А ведь вы не столь вежлива барышня, как я полагал.

– Что, просите? – Сэм рассеянно взглянула на него, переключая внимание от созерцания местных «красот».

– Я назвал вам своё имя, но ваше я так и не услышал.

– А зачем вам моё имя? – настороженно спросила девушка, однако поразмыслив несколько секунд, ответила:

– Сэм.

– Ах! Торс! Как же, помню этот прекрасный городок. Бывал там ещё по молодости. Скажите, а баром «Пьяный медведь» всё так же заправляет мамаша Янка?

– Янка вот уже десять лет, как покоится в земле. Теперь это место принадлежит её внучке – Лизе-костоломке. И надо сказать, она справляется не хуже Янки.

Сэм не видел лица старика, но по печальному вздоху поняла, что новость ему не понравилась.

– Какая жалость.