Братство Чёрной Птицы

Стуча по рельсам, гусеница исчезла за поворотом, и полисмен-регулировщик поднял руку вверх, давая сигнал пешеходам.

– Как ваше имя? – вдруг спросила Сэм, оказавшись на другой стороне улицы.

– Прошу прощения?

– Как вас зовут? В Поющих Садах вы все назвали мне лишь ваши клички, или позывные. Но не один не представился по имени. Да и меня про имя никто не спросил.

– Ах, вы об этом, – парень улыбнулся, обнажая свою белоснежную улыбку:

– Наши имена, наше прошлое – всё это мы оставляем позади, когда становимся частью Братства Чёрной Птицы.

Как я уже говорил, каждый имеет несколько тайн, которыми бы он не хотел афишировать. А как лучше всего избавится от прошлого? Правильно – умереть!

От такого заявления Сэм невольно отступила на несколько шагов. Этот тип её пугал!

– Когда вы получите своё новое имя и официально станете конструктором Братства, наш глава – Ворон, проследит, дабы по все документам прежняя жизнь это хрупкой девушки, которая сейчас передо мной, закончилась.

– Но зачем? – с каждым словом этого человека ей казалось, что внутри всё холодеет:

– К чему столько секретов?

– А разве в вашем разговоре с нашим болтуном вы не поняли, кто мы? – Дрозд, осмотрелся, дабы удостовериться, что их не слушают.

Но, благо, в толпе было достаточно шумно, чтобы исключить любой шанс быть подслушанным:

– Гильдия, и вся её работа лишь прикрытие. Мы храним куда более страшные тайны, чем может показаться на первый взгляд. И вскоре вы тоже станете частью всего этого болота.

Незаметно для Сэм они оказались у двери гостиницы, в которой она становилась.

– Что ж. Был рад немного поговорить с вами наедине и хочу напоследок дать вам два совета: во-первых, правильно выбирайте союзников. Братство – это очень тёмное место. Многие отдали жизни за то, чего до конца не понимали. Дружба, честность, доверие – всё это прекрасно, но наши тайны погубят вас меньше чем за год, если вы не научитесь быть гибкой и вовремя проявлять необходимую жестокость. И второе – все мы небезгрешны.

Не пытайтесь найти чужие тайны, и никто не тронет ваши. Позвольте откланяться, баронессе Мари Альвиль.

И, в последний раз улыбнувшись, Дрозд растворился в толпе, оставив Сэм с терзающими мыслями один на один.

Позже, когда солнце совсем скрылось за горизонтом, и на землю спустился густой вечерний туман, девушка всё ещё беспокойно расхаживала по комнате. Платье уже было на ней, и проверив все детали с пол сотни раз, Сэм не находила себе места.