Сбежать от шейха

– Мой эмир, я должна кое-что рассказать вам…

– Говори и проваливай!

– Это касается Райханы…

– Я ничего не хочу слышать об этой шармуте. И если ещё раз услышу это имя, выдам фетву на её казнь!

– Мой эмир нельзя! Прошу, выслушайте! – она бросилась к его ногам, встала на колени. – Нельзя казнить! Она ждёт ребёнка! Возможно, вашего наследника!

Выдохнул дым из лёгких, с трудом втянул в себя воздух.

– Продолжай.

– Она сказала мне… Просила, чтобы я вам не рассказывала. Хотела порадовать вас… А потом… Я не знаю, что случилось потом.

Мне казалось, она привыкла и смирилась. Это моя вина. Если бы в тот день я поехала с ней, ничего бы не случилось. Простите меня, мой эмир.

Он поднял глаза на женщину, скривился в злой, холодной ухмылке.

– Она ненавидела меня. И скорее всего моего ребенка уже убила. Убирайся прочь, оставь меня в покое.

– Нет, мой эмир. Она бы не убила ни в чём неповинного ребёнка. Я знаю эту девочку. Да, она строптива и непокорна, но такой страшный грех ни за что не совершила бы.

Поверьте мне.

– Я сказал, пошла вон. И позови ко мне Мустафу.

Он протрезвел. От одной новости о том, что Райхана беременна. Внутри пламенем зажглась надежда. Что, если она оставит ребёнка? Или может уже его убила? Тогда он прикончит её сам. Своими же руками.

Но если она действительно понесла от него и родит этого ребёнка… И захохотал, как сумасшедший, отчего шармута вскинулась и потянулась к нему за поцелуем. Сбросил её с себя на пол.

– Проваливай.

– Мой эмир, – потянулась та к его ногам, чтобы поцеловать и их.

– Я сказал, пошла прочь! – швырнул ей несколько тысячедолларовых купюр и алчная шлюха, схватив их, на четвереньках поползла к выходу задом.

Мустафа вошёл спустя пару минут, поклонился шейху.

– Мой эмир, вы звали меня?

Халим поднял на чернокожего слугу взгляд, долго молчал.

– Ты со своими людьми едешь в Россию, Мустафа.

– Да, мой эмир. Какое у вас будет поручение?

– Райхана. Ты едешь, чтобы приглядывать за ней.

Она не должна об этом знать, поэтому ни ты, ни твои люди не должны попадаться ей на глаза. В свою очередь я должен знать обо всём, что происходит в её жизни. До того момента, пока не решу иначе.

Мустафа снова поклонился.

– Прикажете собираться?

– Иди.

Пить и трахать шлюх больше не хотелось. Хотелось поскорее увидеть её. Увидеть и выпороть, чтобы заливалась слезами и молила о пощаде. И он, конечно же, пощадит. Потому что не сможет убить её. Ни за что.