Заноза для волка

Да не густо, мышка прошмыгнула в ванную комнату, скорее всего отдельную, но не стал проверять. Разделся и стал её ждать.

Мышка вышла разгоряченная в коротких шортиках и в футболке, ещё больше напоминающая угловатого подростка, нежели женщину. Волосы мокрые и распущенные, от неё безумно вкусно пахло цветочным букетом и карамелью, мой зверь заворочался и пенис сразу встал.

Она старалась не смотреть на меня, но я видел её взгляд из-под ресниц, она разглядывала меня и мне это нравилось, вернее не мне моему зверю, точно моему зверю.

Пошел в ванну, постоял под холодным душем приводя мысли в порядок, не помогло. Растет пенис в руках, желая высвободиться и как-то продержаться до следующей ночи. Желаемого облегчения не принесло, как только зашёл в комнату сразу возбуждение вернулось. Хренова парность, ведь она мне даже не нравиться.

Моя мышка спит, вернее притворяется. Взбесился, она реально думает, что это меня остановит. Глупышка-мышка.

– Я знаю, что ты не спишь мышка – протянул и оттянул одеяло ниже – дома ты будешь всегда спать голой и ждать меня – шептал рядом с её ушком а мой волк ворочался как юла, желая обнять и ласкать желанную пару, а мне хотелось поставить её на место.

Решила не сдаваться? Ну, хорошо поиграем. Начал стягивать шорты, сдалась и схватила за край шорт, смотря испуганными глазами, но я то чувствую, что хочет меня, сводя свои ножки.

– Снимай сама мышка и обещаю, женщиной ты станешь только завтра – протянул растягивая слова.

– Какая разница завтра или сегодня? – опять посмела огрызнуться, хорошо, так даже интереснее.

– Ты любишь, когда твои стоны слышат твои родные?

Начала медленно снимать шорты сразу вместе с трусами. И быстро сняла футболку оставаясь лежать абсолютно голой. Взял, сосок между пальцами и рукой обхватил грудь, сминая.

– Ты обещал – со стоном выдавила, едва застонав.

– Я и не лишаю тебя невинности, а наши маленькие игры, не могу отменить, мышка – улыбнулся и лизнул другую грудь, продолжая наминать сосок, отчего он потяжелел и стал каменным.

Ласкал, мою мышку и водил руками по телу, то сминая, оставляя едва заметные касания. Она начала стонать и выгибаться навстречу стараясь тереться и получить ещё больше ласки. Я не давал ей её, изводя всё больше.

О великая волчица, что ты делаешь со мной мышонок?

– Маленькая мышка наказана – когда я в очередной раз ластилась прошептал ей в ушко.

– За что? – прохрипела, не переставая ластиться ещё ближе.