Ты – Мой Яд

Сука, признаю, больно! Внутри затягиваются жгуты и, в солнечном сплетение, кто-то невидимый выжигает дыру. В этот момент, так сильно захотелось вскарабкаться на стенку или согнуться напополам и приложить раскрытую ладонь к груди, растереть, избавиться от жжения и забыть эту мразь раз и навсегда. Но, я всего лишь морщусь и спокойно говорю ей:

– Уходи.

И девчонка сию секунду готова была рвать когти, желая оказаться, где угодно и наверняка с кем-то, только бы не здесь… не со мной.

Дрозд, у тебя совсем, что ли кукуху сорвало, раз ты до конца не раскусил эту тварь…?

– Ключи, – высокомерно парирует мне, но, я пребывая в прострации, не сразу придаю значение её словам, как и тому, что, кто-то по ту сторону двери завозился в замке ключом.

Не прошло и секунды, дверь около нас настежь распахивается и, гадина немедля срывается с места, отталкивая в сторону ударной волной, зашедшего в квартиру с задумчивым выражением лица Руслана. Астемиров толком еще не успел ничего сообразить, когда его нагло отшвырнули рукой к стене, расчищая для себя выход и, заставляя Беса на время прихуеть.

– Брат? – обескураженно начал он. – Я не вовремя? – мы оба с ним пялились вслед выбежавшей на площадку девчонке. Я – безучастно с мрачным видом, а Рус – недоуменно с нахмуренными бровями. – Пытался со вчерашнего вечера дозвониться до тебя, но, ты трубку не брал… – с прожигающим серьезным взглядом повернул голову ко мне и изучающе впился в мои стеклянные неподвижные глаза. – Теперь понимаю почему… – колеблясь, многозначительно протянул и сощурился.

Я, чувствуя себя паршиво, будто выжатый лимон, медленно опустил руки по швам и развернувшись, молча побрел в спальню. Развалился, сидя на кровати и, уперев локти в широко разведенные колени, закрыл ладонями морду и надавил на глаза. Принялся приводить в норму остановившееся дыхание, когда Руслан в коридоре звучно скинув с себя обувь, последовал за мной и, недавно, как и я, остановился в проеме дверей.

– Дрозд? – вдруг растерялся Астемиров.

– Я мобилу в тачке забыл… – отозвался пустым хриплым голосом и, убрав руки от застывшей физиономии, безжизненно уставился в одну точку на стене.

В башке крутилось раз за разом только одна мысль – неужели она такая галимая дешёвка?

– Глазам своим не верю… – со стороны раздался короткий смешок, заставляя меня в негодование повернуться к Бешеному. – Чтоо? – осекаясь, разводит он руками. – Это комплимент! Я думаю, что за кипишь! До меня только сейчас дошло.