Бесчувственные

Эйфорией… Самозабвением… Глаза лихорадочно блестели в предвкушении.

– Жрачка где? – рявкнула на него, чем привлекла внимание народа.

Сбоку от меня трахалась парочка, а услышав мой окрик, зависли на пару секунд, уставившись на меня, но позже усмехнулись и продолжили свое незаконченное дело. Напротив меня те, что сидели на трубе и в советской кружке на огне подогревали дозу – глянули на нас с Валей более осознанно, чем эти двое. Наверное, еще не вдарились.

Один мужик – самый взрослый из всех – заприметив меня, сально заулыбался.

– Олег, утихомирь свое желание. Она со мной. И лучше не трогай ее, если, конечно, не хочешь остаться без руки, – в его голосе прорезались резкие нотки.

Посмотрела на него в удивлении и приподняла брови. А я и не подозревала, что мальчик с характером. Голос такой… Пугающий… Нет, не на меня, но на того дядьку подействовало… Хм… Снова глянула на него, и как-то осознанно прошлась глазами.

– Что? Что ты смотришь так на меня? Хотела, чтобы промолчал? Или ты жаждала сегодня крови? Руку из кармана вытащи! – резко наклонился к моему уху и злостно прошипел.

Чего он разошелся? Но он определенно начинал меня смешить.

– Ты меня покормишь? – невинно поинтересовалась, заталкивая смех поглубже внутри себя.

Отодвинулся от меня и посмотрел мне глаза, и от увиденного поджал губы.

– Пошли.

Из какого-то пакета достал мне хлеба, колбасы, с виду до жути вкусный салат в баночке. У меня же от увиденного живот заурчал громче и слюни потекли. Не удивлюсь, если уже по подбородку стекают. Да и черт с ними. Главное, сейчас вкусно пожру. Но Валя все вытаскивал и вытаскивал из пакета жрачку.

– Валя, откуда столько? Горячее? – глаза округлились, и я грубо хватанула еду из его рук.

После моего вопроса посмотрел на меня как-то удрученно, измученно… Резко прекратила жевать кусок колбасы, которую сразу откусила, когда она появилась в моих руках.

– Бля, Валя, ты конченый. Что ты вообще тут делаешь? Твое место не здесь. Прекрати воровать у родителей. Но за хавку все равно благодарствую!

Отвернулась от него и присела на сухой бетон около стенки, расправляясь с едой. Не хотела слышать ответ, и, думаю, он не хотел ничего говорить. Знала, что на сегодня наша беседа закончилась.