Забытая серенада

 – Вы мертвы для всего Материка!

Эта дерзость и новость потрясли её. Воцарилась тишина, изредка нарушаемая потрескиванием костра. Ульрик незаметно вышел из пещеры, оставив госопжу и мессира вдвоём. Девушка резко встала и начала, словно зверь в клетке, метаться из угла в угол. Арон коротко кивнул пришедшему Ульрику и тот, ответив ему, снова выбежал из пещеры, а вскоре вернулся с мешком через плечо. Гном осторожно поставил его перед воином, сидящем в центре дома около костра.

– Что делать? – бормотала девушка, теребя подбородок и наморщив лоб.

– Возвращаться в Логантсию в сопровождении лучшего воина всего Арто, госпожа.

– Это ещё с кем? – язвила Мирабелла.

– С тем, госпожа, кто очистил вашу броню, и с тем, кто вас спас, госпожа, – смущенно-тихо проговорил Ульрик Каменный Цветок и перетащил мешок к ногам наследницы престола.

Она присела, потрепала хозяина пещеры по голове, улыбнулась ему, открыла и вытащила доспех. Императрица начала его надевать нагрудник, но это у неё не получалось.

– Спасибо, – коротко ответила девушка, убирая волосы. – А где меч?

Ульрик принес из дальнего угла только рукаять с гербом, почерневшим от грязи и копоти. Клинка не было. Взяв в руки остаток от сверкающего меча, девушка погладила рукоятку и передала воину, закончившему в тот момент застегивать последний ремешок на левом бедре.

– Отныне и навсегда ты – защитник Великой Равнины. Клянешься ли ты служить моему народу верой и правдой, поднять клинок в мою защиту, заслонить своим телом меня от стрелы и кричать громче всех во славу мою и моих предков?

– Я столько раз нарушал эту клятву… Вам не нужен такой защитник пока я… Я просто наёмник, – волк отдал рукоять девушке и отвернулся.

– Если дело в деньгах, то…

– Мне не нужны деньги. Мне нужна правда о том, кто я и откуда.

– Я смогу в этом помочь, – уверенно произнесла она и вновь вложила в его ладонь, покрытую шерстью, остаток меча.

– Тогда… пока не закончится война и не перестанет биться мое сердце я буду идти под вашими знаменами, госпожа – и волк встал на одно колено и поклонился, сжимая правую руку с чёрными когтями в кулак и держа её там, где находится сердце, а левую убрал за спину, сжимая рукоять меча Мирабеллы.