Зов оттуда

– Ну как скажете, вам виднее, но на всякий случай, вот, возьмите, – и непонятный мужчина вынул что-то из помятого кармана пиджака и сунул в руку Антона. Затем он, не прикоснувшись к подгоревшему омлету, положил на стол чаевые и, надев широкополую шляпу, так же учтиво сказал «до свидания» и вышел из кафе.

Антон стоял несколько ошарашенный такой развязкой и долго смотрел вслед ушедшему господину, затем открыл ладонь и прочитал на золотистой бумаге:

«Викентий Арсентьевич Дробязко психолог, специалист по критическим ситуациям»

Далее следовал номер мобильного телефона.

«Его визитка цвета моего омлета, удачного омлета», – подумал Антон, но тут же забыл о ней и, сунув в карман, принялся собирать посуду со стола. К вечеру ему стало легче, в скором времени вернулся Томаш в приподнятом настроении и даже дал выходной своему повару в воскресенье, то есть на день раньше. Прощаясь перед расставанием, он вдруг вспомнил что-то и передал Антону записку, сказав лишь кратко: «Это от нее».

Схватив маленький клочок бумаги, свернутый импровизированным конвертиком, Антон бросился к себе на кухню. Захлопнув за собой дверь, он примостился в уголке за плитой и приготовился внимать словам любимого человека. Бережно развернув дорогое послание, он прочитал: «Спасибо за ночь!..»

Целую минуту он сидел, глядя невидящим взглядом на белый лист бумаги, по его телу ползли мурашки. При всей абсурдности ситуации он понимал, что «ночь» у них была только одна.

Но то был сон, исключительно его сон!

С трудом стряхнув с себя потусторонние чары, Антон перевернул письмо в надежде на хоть какое-нибудь продолжение, но ничего не нашел. Он хотел его понюхать, но, вспомнив про свой насморк, заработанный в борьбе с ливнем, скомкал бумагу и бросил в урну. «Вот и все», – лишь произнес он, снимая фартук.

Но ночью ему опять приснился сон, совсем другой и крайне реальный. В нем не было вампиров и крови, никто более не преследовал его и не делал попыток совращения, он просто, устав противиться несправедливостям жизни на Земле, покончил с собой.

Из-за Виктории.

День четвертый

Он ехал в метро, держась за поручень и с удовольствием ловя лицом потоки прохладного воздуха, врывающегося в салон из бесконечных подземных тоннелей. Зажатый со всех сторон возвращающимися после жаркого липкого дня уставшими киевлянами, он старался не обращать внимания на транспортные неудобства.