Мой 2008, или Здесь всегда живет надежда

Я подхожу к Ксюше и пытаюсь выяснить, за что же начинается такая травля. Мне не могут или не хотят давать вразумительного ответа. Единственное, что я вижу – это как Кристина убегает реветь в туалет, а бывшие подруги откровенно смеются над ней. Я сама проходила такое, пусть и без слез, но понимаю, что такое – быть преданной. И мне становятся не важны причины – я просто иду за Кристиной и пытаюсь ее утешить. Так начинается новый период в моей жизни.

Я всегда придерживалась принципа, что один друг может стоить десяти менее значимых приятелей, и чувствовала, что, если отношения одинаково много значат для обеих сторон, то вместе можно победить хоть весь мир.

Спустя две недели со мной и Кристиной уже вообще никто не общается. Все это время мы сидим с ней вместе, у нас появляются общие шутки, и пусть у нас нет никаких совместных интересов, мы есть друг у друга.

Сегодня к нам неожиданно подходит Марина – девочка из «лузеров» и просит карандаш. Я быстренько смекаю, что мы сможем общаться с задними партами.

– Привет – подхожу я к ним. Молчаливый мальчик приветственно кивает. Я уже знаю, что его зовут Коля, и он не слишком-то общительный. Марина постоянно сидит с Настей – вот к ним-то я двигаюсь дальше.

– Как тебе карандаш? Не одолжить точилку, вроде он заканчивался? – спрашиваю я.

– Да ничего, спасибо.

– Что делаете на выходных? Мы погулять хотели с Кристиной, может, присоединитесь?

– С радостью, почему бы и нет, давайте обменяемся номерами.

Марина достает очень старую раскладушку, а я диктую свой номер.

Вернувшись за парту, я рассказываю о новых знакомцах Кристине, она удивляется и улыбается.

– Вместе веселее – говорит она мне.

Я так и не смогла выяснить, за что объявили бойкот Кристине, но я просто на седьмом небе от счастья, ведь у меня появилась настоящая подруга. Наше общение постепенно развивается – мы долго болтаем по телефону, зависаем в чатах. Она полная моя противоположность – очень худая и высокая блондинка, простая и искренняя. Мы избегаем темы ее травли – видно, как ей больно смотреть на своих бывших лучших подруг.

Мы не становимся «лузерами» в привычном понимании, а наоборот, продолжаем гордо выходить к доске, сидим в самой середине класса, а на переменах ходим в столовую, чего задние парты себе не позволяют. Но, тем не менее, с нами никто не общается.

В воскресенье я созваниваюсь с Мариной.

– Привет, погуляем?.

– Да, давайте.

Встречаемся мы с городском саду – Марина, Настя, Кристина и я.