Одержимость. В объятиях Змея

 – Антон, домой, – скомандовал он парню, не отрывая взгляда тёмных глаз от лица малышки, глаза которой округлились, а ротик приоткрылся от удивления и растерянности.

Нет больше терпения.

Он лишился самообладания, когда увидел её на танцполе.

Как жаль.

Она ведь ещё такая юная.

Глава 4

Он вёл девушку за руку, крепко сжимая её пальцами. Нет, он не держал ласково за ручку, мужчина тащил её за запястье.

Грубо.

Андрей шагал так широко и быстро, что Зайцевой пришлось бежать за ним.

Само собой разумеющееся, что она не могла попросить его идти медленнее.

Страшно.

И очень не хочется умирать…

Конечно, он вряд ли её станет убивать, но если посмотреть в эти тёмные, почти чёрные глаза, хочется бежать.

Не важно куда.

Лишь бы подальше.

А с другой стороны даже приятно немного.

Он ведь её приревновал? Верно? Наверное, да…

Ворохов открыл дверь и затолкал Лилю вовнутрь квартиры, где не так давно она лишилась своей невинности.

Было немного странно и волнующе оказаться здесь вновь.

С ним.

Девушка повернулась было, чтобы задать тот самый, волнующий её вопрос: «Что же дальше?» или хотя бы «Зачем я здесь?». Но не успела.

Он вжал её в свою мощную грудь и, запрокинув несчастной голову, поцеловал.

Этот поцелуй никак не напоминал то, чем одаривали её ровесники все те пару раз, когда она попыталась завязать отношения.

Этот поцелуй был сродни пытке.

Болезненный и пугающий до дрожи в коленках.

Он сминал её губы, кусал их, пожирал…

Ничего подобного с девушкой ранее не происходило и, наверное, тот самый интерес, что подогревает в её возрасте, сыграл с ней злую шутку.

Лиля обвила своими ручками его мощную шею и приподнялась на носочках, позволяя мужчине терзать свои уста.

Он явно не ожидал такой покорности. Остановился и, отстранившись от девушки, пристально заглянул в глаза, пытаясь разглядеть её эмоции.

В них не было страха, как в клубе. Но и страсти не было тоже…

Скорее, любопытство.

– Что ты делала в клубе? – очень интересный вопрос, но разве он имеет право его задавать?

Да, имеет.

На данный момент Андрея совершенно не волновал тот факт, что она так и не дала ему своего согласия на какие-либо отношения.

Вот совсем плевать.

Не дала, значит, скоро даст. И не только согласие, но и своё шикарное тельце, которое ему уже по ночам мерещится.

В вечное пользование.

В «вечное», потому что после него не будет мужчин. Никогда.

От него не уходят, если только на тот свет.