Страшная сказка

Да что там говорить, я вся дрожала, как в лихорадке! Постояв некоторое время под полуденным солнцем и выровняв дыхание, я сделала глубокий вдох, расправила плечи и толкнула входную дверь.

В прихожей я мигом разулась и не смотря по сторонам припустила к лестнице.

– София! – голос матери прозвучал из самого темного угла кухни. – Кто был этот парень?

– Никто, – я быстро-быстро подымалась в комнату.

– С кем ты разговаривала, Соф?

Я молча зашла в спальню, закрыла дверь на задвижку, села на кровать и, яростно застонав, сжала виски руками.

Мне всегда было чуждо мужское внимание. Я не знала, как разговаривать с парнями, не знала, как реагировать на интерес с их стороны, я ничего о них не знала. И еще я не знала человека, кто мог бы помочь мне узнать их ближе. Кто разъяснил бы мне, что нужно говорить, а что нет, кто сказал бы мне, когда нужно спорить с мужчиной, а когда лучше промолчать. Понимаете, в то время, когда мои сверстницы учились тонкому искусству обольщения и на практике повышали свои умения кокетничать, я беззаботно гуляла вместе с сестрой Мией по окрестным полям, брала книги из местной библиотеки и не шибко задумывалась о том, что однажды придет тот час, когда мне нужно будет что-то ответить на мужской комплимент.

Глава 2

После той встречи в лесу я, сама от себя такого не ожидая, взяла на работе отпуск. Меня мучило чувство, которое можно было охарактеризовать как «нездоровое любопытство». А еще мне было страшно.

Интуиция, предчувствуя несчастье, кричала мне гнать от себя всякие мысли об этом незнакомце, так дерзко нарушившем мою, в общем-то, размеренную жизнь, а девичье любопытство подстегивало узнать о нем как можно больше.

Я всегда старалась никого к себе близко не подпускать. Последний парень, с которым у меня было что-то, близкое к «отношениям», спешно собрал свои вещи и, окрестив меня сумасшедшей, уехал из города, после того, как я, в порыве неконтролируемой ревности, едва не откусила ему ухо (странная это была история, надо сказать).

Местные парни и до этого считали, что я с придурью, а после того случая и вовсе перестали на меня заглядываться. Если добавить ко всему этому неусыпный контроль моей матери, всегда такой правильной, высоконравственной, безукоризненной блюстительницы невинности (опустим тот случайный факт, что она вышла замуж за моего отца в 16 лет), то тогда станет вполне понятно, как сильно я и хотела, и боялась узнать своего нового знакомого поближе.