Ты так хотел, как я боялась. Интим. Безвиз. Ревю

Она, может еще проснется, будет тебя звать. Я разбужу.

– Я не засну, – устало проговорила Лена, но послушалась. Села на край дивана, безжизненно сложив руки на коленях. Непонятное, неизведанное ранее чувство к ней – не к женщине, которая спала с ним, а к матери его детей – абсолютно без намека на какую-то сексуальность – поднялось в нем к Лене, к ее усталым рукам, потухшим глазам и безвольному лицу.

– Леночка, приляг, – он положил ей под спину подушку, – все будет хорошо. Это же просто грипп. Он по всему городу ходит, у всех температура по несколько дней… Нужно просто время.

Ему даже страшно было слышать свои слова, обращенные к жене, которая всегда говорила: «У всех дети болеют… Ничего страшного, перерастет…» или «Сопли – это не болезнь. Ничего, акклиматизируется». Ему всегда казалось, что эти рассуждения говорят о том, что Лена прохладно относится к детям – без лишнего «визга» – и это даже нравилось ему. Но сейчас он заметил, что те ее слова были лишь частью того, что было у нее внутри на самом деле.

– О, Господи, – Лена уронила голову на руки.

– Леночка, я же с тобой, я же рядом, мы все переживем, – успокаивал он ее, гладя по голове.

– Спасибо тебе, – неожиданно взяв себя в руки, Лена тяжело вздохнула.

– О чем ты говоришь? – он опустился перед ней на колени, – Это же наши дети. Твои и мои. Не мучайся так, завтра температура спадет, и все станет на свои места. Пять дней, как в горячке… Ты устала.

Лена встала и подошла к окну.

– Скажи мне, Витя, а ты где займешь свое место, когда Женька, даст Бог, выздоровеет?

– Я не понял, – Виктор удивленно посмотрел на нее.

– Вить, спасибо тебе за то, что ты был тут все эти пять дней. Я бы не выдержала.

– Ну что ты опять «спасибо»? Как я мог не быть здесь? Где я мог быть?

Лена устало подняла глаза и, теребя пояс халата, посмотрела ему прямо в лицо.

– У тебя есть где быть. Я знаю. Неужели ты даже не догадывался о том, что я все знаю?

– Что ты знаешь? О чем ты?

Лена усмехнулась.

– Не притворяйся. Мы с тобой восемь лет женаты. Я тебя очень хорошо знаю. И вижу, когда ты притворяешься.

Они помолчали.

– У тебя кто-то был?

Виктор вздохнул.

– Или и сейчас есть?

Почти непроизвольно он отрицательно мотнул головой. Ему самому было противно ощущать в себе желание подленько спихнуть все на далекое прошлое, и забыть все «за давностью лет».