Немного живые

Он появлялся совершенно неспешно и плавно, так же меланхолично, как солнышко выходит из-за туч. В итоге он вернул свой прежний туманный облик.

– Не может быть, – шокированным полушёпотом произнесла Эшли, делая шаг за шагом навстречу остальным.

– Может! Здесь возможно всё! – Найджел довольно улыбался, поглощая очередную вкусность с подноса, на котором вновь и вновь появлялись всё те же яства.

Девушка взяла ломтик хлеба и, вдохнув его аромат, откусила кусочек.

– Ой, фу! – она тут же выплюнула его на пол. Но и он тоже исчез из деревянного паркета.

– Ох, этот испорчен, дорогая. Вечно плесневый хлеб, его обычно никто не ест, – тихо засмеялась бабушка Эла. – Возьми лучше вот это вот, – она протянула ей мягкую булочку, аромат которой так и кричал, что она только-только из печи. Но нет, испекли её уже не одно столетие тому назад.

– Ммм… – Эшли не могла поверить, что действительно способна ощутить этот превосходный вкус свежего домашнего хлеба. – Как же вкусно… Никогда такого не пробовала.

– Конечно, не пробовала. По такому рецепту уже давно ничего не пекут, – констатировала факт Элина, которая почему-то была единственной, кто ничего не ел. Мистер Белтон кивнул.

– Так что наслаждайся. Это не жизнь, а просто…

– Шутка! – его перебил мальчишка, который словно из воздуха достал кувшин с водой и вылил всё содержимое на Джоша, после чего тут же убежал.

Его озорной удаляющийся смех до сих пол звенел в ушах. Возможно, потому что смеялся он почти постоянно. Всю эту пару месяцев, которую Эшли провела здесь.

– Почему мы все здесь? – в один прекрасный день мисс Тёрнер решилась задать вопрос, который в глубине души волновал каждого, но все уже давно на него закрыли глаза.

– Мы привязаны к этому дому, – за всех ответила Элина.

– То есть как это?

– А вот так. Живём здесь, если можно так сказать, ходим здесь, но дальше двора зайти не можем. Держит нас что-то. Или ты хочешь сказать, что ещё ни разу не пыталась улизнуть отсюда?

Девушка отрицательно покачала головой.

– Ну ты даёшь! Я сразу же попыталась сделать ноги. И сразу же с таким оглушительным фиаско.

– В каком смысле?

– А она же у нас упрямая, – Джош довольно раскинулся на диване, хихикая, – всё никак не хотела отпускать свои попытки, вот и потратила на это три дня. Без перерывов.

Элина недовольно закатила глаза.

– Не мог бы ты опустить подробности? Терпеть не могу эту историю.