Роковая четверка

Увидев это, Меркурий вспомнил о своей вечно взлохмаченной шевелюре. И конечно, он совсем забыл, что у него сегодня юбилей – исполняются те ужасные 50 лет, отделяющие его от мечты. Меркурий не знал, радоваться ему или плакать. С одной стороны, все его близкие люди сейчас в сборе: любимая жена и сын, верный друг. С другой стороны, эта ужасная цифра…Он решил, что не будет портить праздник другим и насладиться этим днем, несмотря ни на что.

Нази подошла и поцеловала мужа. И без слов было понятно, что жена поздравила его.

– Отец, мама, мистер Гуд, у меня появились планы на ближайшие полгода, – произнес Иоанн, подняв глаза, посмотрел на Меркурия.

Три пары глаз уставились на молодого человека.

– Я хочу полететь на одном известном вам корабле к четырём планетам, которые скоро приблизятся к Земле, – уверено произнес тот.

Невозможно описать то, что началось дальше. Сначала над праздничным столом раздалось два возгласа: отец и мать были поражены. Буквально подлетев к сыну, Нази начала трясти Фауста:

– Куда же ты собрался, умная твоя голова?! Тебе жить надоело?

В глубине души женщина не верила в затеи своего мужа, а иногда ей казалось, что очень увлеченный Стар однажды закончит свою жизнь в психушке. Наверное, поэтому, Нази была рада, что ее сын – ученый другого толка.

– Меня бесполезно переубеждать, мама, это твердое и взвешенное решение. К тому же, я уже давно не маленький, – в его голосе слышалось спокойствие и уверенность. Нази поняла, что спорить бесполезно. Она посмотрела глазами, полными слез, на мужа.

Меркурий на минуту испугался за своего сына, но гордость за него пересилила страх. Теперь он видел перед собой не сына, а достойного союзника.

– Я, безусловно, поражен твоей смелостью, сын. «Жду тебя завтра на взлетном поле в 8 часов утра», – сказал отец.

Наблюдая за этой сценой, Стивен Гуд попивал ром и по-доброму посмеивался:

– Надо же, Иоанн, ты, оказывается, похож на своего отца. А мы то думали, ты – подменыш.

Нази с покрасневшими от слез глазами побежала за мужем. Гуд и Фауст остались в звенящей тишине.

Фауст устало засмеялся и взъерошил старательно уложенные волосы.

Через несколько дней Меркурий смотрел на трех человек.