Малолетка

Ася сидела на полу, забившись в угол и смотрела на своего обидчика затравленным взглядом. А в глазах слёзы.

– Ася, не бойся, – попытался собрать мозги в кучу. – Я поговорить хочу. Давай мы сейчас с тобой сядем и просто поболтаем, а, Асенька? Я тебя прошу, кроха, дай мне всё объяснить.

– Поговори с моим дробовиком, мразь бандитская! – за спиной раздался голос озверевшего старика, а между лопаток ткнулось дуло, скорее всего, того самого дробовика.

А дед не промах.

Глава 8

– Уверен, что сможешь со мной тягаться, старик? – процедил сквозь зубы, не сводя пристального взгляда с застывшей Аси, что от шока даже рот открыла.

Такой маленький, красивый, розовый, замечательный ротик…

А у Макара, похоже, крыша поехала, раз он думает о девичьих губах в то время, когда в спину тычут ружьём. Вот цепанула девка. А он ещё из головы выбросить хотел.

– Да куда мне с тобой тягаться-то, с буйволом таким! Я, сынок, поэтому своего старого друга и взял для беседы продуктивной! И будь уверен, он заряжен! А теперь – пошёл вон, нахрен, из моего дома! – ствол ружья ткнулся между лопаток ещё раз, но Лавр лишь усмехнулся.

– Я пойду, дед. Только девочку с собой заберу. Асенька, иди ко мне, – и как ни в чём не бывало протянул ей руку.

Девушка шумно сглотнула и, нервно всхлипнув, поднялась на ноги.

– Асенька, не вздумай! Не подходи к нему! – старик явно нервничал, что Лавру было только на руку, однако, были опасения, что дедуле станет хреново, ещё откинется ненароком.

Такой исход Макара не устраивал.

Про себя матюгнулся. Опять он об удобстве девчонки задумался! Чтоб ей… И смотрит, сидит, на него так, что был бы бухой – зарыдал. Хотя и не факт, конечно. Скорее, трахнул бы. Как пару часов назад… Пьяненькую, беззащитную. Раздвинул ножки и поимел… Ублюдочно, конечно. Но кто от него – Лавра! – другого ждёт? Разве что Ася. Хотя уже и она не ждёт.

– Пожалуйста… – прошептала одними губами, отчего Макару почти совесно стало. – Уходи.

Она смотрела в его глаза и видела в них то, что не видел дед. Лавру стоит только захотеть… И не поможет старичку ни дробовик, ни атомная бомба. И Ася боялась. Молчаливо умоляла его не делать этого. Уйти. Оставить.

Что ж, он, пожалуй, выполнит первый пункт. И второй, так и быть. Но оставить! Нет. Ты, Асенька теперь принадлежишь волку.