Грешник. На острие

Более чем уверена, никто даже зад от стула не оторвёт, чтобы найти мудака, устроившего мне погром.

Тот же Гаврилов даже не почешется. Не любят меня менты. Если образно, в конкурирующих организациях работаем. Они преступников ловят, я их отпускаю. Ну, это полиция так считает. У меня же несколько иное видение ситуации. Потому что защищаю я не только бандюг, вроде моего отца, но и тех несчастных, кому не посчастливилось перейти дорогу сильным мира сего или же просто попавших под раздачу.

– А что вы мне предлагаете делать? Замок вам поменять? – ещё немного и он зевать начнёт.

Толстый ленивец. – Ценные вещи не пропали, сами говорите. А что ещё от нас надо?

– С замком я без вас разберусь, вам бы хоть свои дела закончить. Например, просмотреть записи с камер видеонаблюдения. У нас же есть камеры. Одна в домофоне, вторая…

– Да не работают ваши камеры. Давно уже, – всё-таки зевает гад.

– Ну пиздец, – вздыхаю.

– Ага, – подтверждает Гаврилов. – Ну вы это. У бандосов своих помощи попросите. Глядишь, кто и сдаст дебоширов, – ухмыляется.

Всё-таки уколол, не удержался. Скотина.

– А вы знаете, я так и сделаю! От них толку побольше будет. Всего доброго, – распахиваю дверь перед участковым и его сподручным, не желая продолжать этот бессмысленный разговор.

– Угу. Спокойной ночи, Валерия Игнатьевна. Будут убивать – звоните.

– Чтобы вы помогли? – бросаю им в спину и захлопываю дверь.

Дожидаться ещё и мастера, чтобы поменял замки, нет никаких сил, а потому поворачиваю ключ в одном из уцелевших каким-то чудом старых, накидываю цепочку и иду спать.

Я настолько устала, что меня даже не смущает бардак и перевёрнутая вверх тормашками мебель. Денег в квартире не было, но, судя по тому, что дорогую технику они не тронули – это не грабители. И не какие-нибудь наркоши. В мой дом ворвались с определённой целью и вряд ли вернутся этой ночью. Скорее всего, это была попытка запугать меня. С чем всё связано – пока не знаю, но обязательно разберусь позже. Завтра.

Меня вырубает, как только голова касается подушки.

Сплю без сновидений, просыпаюсь в той же позе. Со стоном сажусь на кровати, разминаю затёкшие мышцы. Тело хрустит, ноет и требует убойной дозы кофеина, что и заставляет меня спустить ноги на пол.

Окинув бардак в спальне, а затем и на кухне, тяжко вздыхаю. Придётся сегодня потрудиться. Можно было бы, конечно, вызвать уборщицу из агентства, но и так слишком много чужих людей в моей квартире за последние сутки. Достали.