Дикарь

Вон фигурка какая у неё – не сухая, но и в жировых складках не тонет. Как раз, что нужно – и подержаться и потрогать, и на руки поднять.

К слову, Савелий в последнее время довольствовался «сухпайком» и начал понимать, что не в силиконе счастье.

Такую вот, сочную, тоже можно потискать.

В штанах стало тесно, когда она уронила нож и наклонилась за ним, выпятив задницу. Круглую, аппетитную задницу. Хорошую такую задницу. Вот бы задрать сейчас подол её платья, спустить колготки вместе с трусиками и войти на полную длину.

Гром аж глаза закатил, как представил сию картину. В паху камень, а руки тянутся к девице.

– Ой, вы чего?! – подскочила, как ошпаренная, а Савелий только осознал, что, пристроившись сзади, смял её ягодицу.

Жаль, что платье мешает.

Хотя…

Развернул снова спиной к себе и, надавив на затылок, уложил Дарью на стол. Она испуганно трепыхнулась, за что наградил её увесистым шлепком по той самой желанной попе и рывком поднял платье.

– Не надо, – прошептала неуверенно и совсем неубедительно.

Бабы… Когда они говорят «нет» – это значит «да», но надо поухаживать. Что ж, Грому не западло. Поухаживает сейчас.

Отодвинул трусики девушки в сторону и пальцами прошёлся по нежным складочкам, что тут же увлажнились.

Она застонала, но тут же трепыхнулась и повела попой, пытаясь избавиться от настойчивого «ухажёра». Не очень активно, опять же. Так, для приличия капризничает.

Савелий помассировал клитор, размазывая влагу по горячему бугорку, и вошёл двумя пальцами в промежность.

– Расставь ножки пошире, – хрипло прошептал ей на ухо и Даша замотала головой.

– Не могу. Я не могу. У меня жених… Пожалуйста, я не могу, – чуть не плакала, пытаясь переубедить его, но сама того не хотела.

Ой, дура капризная.

– Почему нет? Ты же хочешь, – ввёл в неё пальцы так глубоко, что взвизгнула и подалась ему навстречу. – Ну вот. А ты говоришь, не могу. Расставь ноги, ну же! – добавил угрожающих ноток и Даша задрожала от возбуждения.

Да девица любит построже. Отлично.

Расстегнул ширинку, провёл головкой по скользкой, влажной промежности и…

– Савелий!

– А? Что? – моргнул пару раз прежде, чем понял, что это всё ему привиделось.

– Спрашиваю, колбаса вареная у вас есть? Что же за новый год без оливье?

Колбаса…

Показал бы он тебе…

Навоображал, как нимфетка, блин. От досады даже сплюнуть захотелось.

– Давай помогу тебе, что ли, а то до завтра будешь копошиться.