Мицелий. Лед под кожей

Лукас осторожно выловил свой чип и аккуратно вытер его салфеткой. Остатки мицелиальной завесы, включая перчатки и шкатулку, он бросил в измельчитель. Было бы крайне безответственно смыть такой кусок мицелия в канализацию. Успешно избавившись от всех ?ссенских грибов, он сел в кресло, включил нетлог и позвонил Пинки.

В тот же миг на него обрушилось ликующее и восторженное «привет» и «слава богу».

– Ты наконец вернулся! Мне собраться и приехать? – жадно спрашивала она.

– Конечно. Но не пугайся. У меня ночует мой друг.

Пинки тут же потухла.

– Тогда… тогда в другой раз. Не хочу мешать.

Увидев ее расстроенное лицо, Лукас не смог позволить ей вот так просто остаться там, где она была. Кроме того, он в некотором смысле нуждался в ней – ему казалось важным как можно скорее познакомить фомальхиванина с максимальным количеством людей из своего окружения и обвить его тем, что так двусмысленно называется социальной сетью.

– Ты не помешаешь, Пинкертинка. Побудь хозяйкой. Жду тебя у нас дома, – заверил ее Лукас и отключился.

Это был лучший способ заставить Пинки сделать что-либо – чувство ответственности, решительное слово и оконченный разговор. Теперь ей ничего не остается, кроме как приехать. Ведь она никогда не осмелится перезвонить и начать с ним спорить.

И точно так же не осмелится не подчиниться.

– Милая девушка, – проронил Аш~шад с хитрой улыбкой. – Но ты не слишком-то ее ценишь.

Лукас бросил на него испепеляющий взгляд и тут же позвонил Софии, чтобы немного уравновесить степень уважения и неуважения.

Его сестра лежала на животе на кровати, одетая лишь в трусы и футболку, и, в отличие от Пинки, ради него совершенно не потрудилась встать. Она подняла глаза от книги и нахмурилась, глядя на него.

– Ага, позвонил, значит, гадина подлая, – огрызнулась она.

– Софи, мне правда очень жаль, что я не пришел на обед, – быстро заговорил Лукас.

София ткнула в него пальцем, как Дядя Сэм на вербовочном плакате.

– Это твои проблемы, Саруман. Ты остался без отличного маринованного лосося.

Хрустящего! Ароматного! С ?ссенскими приправами, – перечисляла она с неотступным выражением лица. – Он так и таял во рту, ням!

– Как насчет повторить завтра? Завтра воскресенье.

– Завтра?! Хочешь сказать, я должна сейчас встать с кровати и пойти мариновать рыбу? Какая наглость! Ты получишь только кусок сухого хлеба!

– Я приведу гостя.

– Гость тоже получит сухой хлеб.

– Гость любит клубнику. Кроме того, с нами придет Пинки.