Зов сердца

Кризис среднего возраста у меня что ли?

Глава 8

Я ехал, стараясь не превышать скорость, хотя ужасно бесился ограничениям и правостороннему движению, потому что когда я был в ярости, то сознание переключалось на автоматический режим, где я без тормозов и разметки.

Я резко затормозил у ворот, вылез, даже не закрывая машину, и пошёл к ограде. Я не хотел звонить и входить, предупреждая о своём визите, поэтому перелез через ограждение. Если здесь есть камеры и постоянное наблюдение, то внутри уже знают о моём появлении, заодно и проверю, какая тут охрана.

Никто меня не встретил. Я прислушался. В гостиной работал телевизор, кажется, шёл футбольный матч. Я, тихо ступая, двинулся на звук. Он сидел на диване, закинув ноги на журнальный столик, и было похоже, что он совсем не осведомлён о моём визите. Тем лучше для меня и хуже для него.

Я подошёл к нему со спины незамеченным и сделал захват сзади, резко перекрывая кислород. Он захрипел и схватил меня за руку, пытаясь оттолкнуть. Жест любителя, но не профессионала. Я придушил его ещё немного и резко отпустил. Он сполз с дивана, хватаясь на шею и пытаясь судорожно впустить побольше кислорода в лёгкие. А я встал перед ним.

– Где держат Олю?

– Чего? Дэн, ты сдурел?

– Ты прокололся, Даг.

– Я тебя не понимаю, Дэн.

– Ты рассказывал нам про книгу. Про розовый песок, серебряные шпили и янтарь.

– Нет.

Я схватил его за шкирку и потащил на кухню. Он пытался вырываться, но я уже понял, что против бывшего чемпиона ММА он не боец. Я отпустил его на полу на кухне и начал рыться в ящиках в поисках нужного предмета.

– Так где Оля? Где мне найти розовый песок, серебряные шпили и янтарь? А, Даг?

Наконец я нашёл подходящий предмет – молоток для отбивания мяса, и взвесил его в руке. Даг начал отползать, в его глазах был чистый ужас.

– Правая рука или левая, Даг? Какой ты колешь анестезию?

Он отчаянно мотал головой, а в моих глазах он видел холод и ярость, и это его приводило его в ужас. Я схватил его за левую руку и положил ладонью на стол.

– Подожди! Подожди! – Он уже плакал и орал. – Я вспомнил! Подожди!

Я отпустил его руку, и он на коленях пополз в комнату. Я шёл за ним, не выпуская молоток. Он дополз до кабинета, вытряс корзину для бумаг, роясь среди вороха выброшенных листовок.