Долг сердца

Он достал из кармана заколку – чёрная роза, покрытая кружевом – вещь не простая и не дешёвая, и закрепил в моих волосах.

– Всё не снимут, и я буду знать твоё местоположение, чтобы вытащить.

От мысли, что завтра с меня могут снять всё вплоть до нижнего белья, мне стало тоскливо и холодно. Я обхватила себя руками.

– Пьёшь в одиночку, Оля?

– Хочешь прочитать мне мораль или присоединиться?

– Ни то, ни другое. Я знаю способ получше.

Он стоит непозволительно близко, возвышаясь надо мной почти на полторы головы.

Его руки опускаются на мои бёдра, они медленно ползут вверх и обхватывают талию, а его дыхание обжигает висок. Теперь он стоит ещё ближе, и я чувствую жар его тела под расстёгнутой курткой.

– Оля, ты хочешь, чтобы я остался?

Он проверяет мою выдержку, ждёт, не оттолкну ли я его. Я знаю Дэна, он ничего не будет делать, если не получит моего согласия. Он уже знает, что я соглашусь, но хочет, чтобы я сама это осознала, чтобы произнесла это для себя. И я послушно киваю и выдыхаю:

– Да.

А дальше начинается настоящее безумие. Он приподнимает моё лицо за подбородок и целует, сначала осторожно прикасаясь к губам, а потом захватывая их и проталкивая язык внутрь. Он целует долго, влажно, горячо, и всё это время его руки лишь гладят меня по щекам и шее. Он легко сбрасывает куртку. А мои руки в это время опускаются сразу на его ширинку. Я расстёгиваю ремень и дёргаю замочек вниз, засовываю руку и трогаю его член через ткань белья. Он уже возбуждён, но когда я начинаю водить рукой вверх и вниз, то он напрягается сильнее.

Я вдруг испытываю настоящее вожделение. Голова кружится от смелости, сердце бьётся от нестерпимого желания. Это от шока, такое бывает, когда смерть вдруг стимулирует репродуктивную функцию. Пока я нагло стягиваю с него трусы, он наконец пробирается руками под футболку, сжимая чувствительную грудь, надавливая большими пальцами на соск?. Я шумно вздыхаю, а он сразу снимает с меня футболку. Я вынуждена оторвать руки от его члена, но ненадолго.

Он подхватывает меня под попку, сжимает бёдра крепкими руками и усаживает на комод прямо в коридоре. Это почти в комнате, но я понимаю, что нам туда уже не добраться.

Это настоящая страсть. Я забыла, что такое бывает. Да, с нами это уже было, но так давно, что стало неправдой. Мы слишком долго друг друга хотим, ну, по крайней мере, я хочу. Мне потом нужно будет простить себя за это безумие, когда я должна была сказать твёрдое «нет».