Один против Голливуда

Лично у меня некоторые голливудские фильмы вызывали восхищение, но многие не нравились – в них не хватало духовности.

Я решил выступить против Голливуда и создать произведение, проникнутое глубоким духовным смыслом, в котором были бы отражены достижения культуры стран Востока, чтобы показать Голливуду эту сторону цивилизации.

Таким произведением стала моя книга «Хранитель сокровищ», которая должна была послужить основой сценария для ее экранизации на одной из киностудий Голливуда. Оставалось дело за главным – найти голливудского продюсера, заинтересовав его моим предложением.

Друзья, которым я рассказывал о своих планах, советовали этого не делать, поскольку лишь потеряю время и ничего не добьюсь. «Голливуд для посторонних закрыт!» – говорили они в один голос.

Но я был непреклонен.

Чтобы быть ближе к Голливуду, переехал в США и, поселившись в Нью-Йорке, издал книгу «Хранитель сокровищ».

И вот настал момент, когда я почувствовал уверенность в том, что для переговоров с продюсерами Голливуда все готово.

Однажды, просматривая прессу, я натолкнулся на статью о продюсере Голливуда Габриэле Гранфельде, который ищет новую тему Востока для экранизации на своей киностудии в Голливуде. Ознакомившись с информацией в газете, понял: это то, что мне надо. Оставалось только передать предложение Габриэлю Гранфельду.

И вот удача! Программисты смогли найти в интернете номер телефона этого продюсера. На следующий день утром из Нью-Йорка позвонил в Лос-Анджелес, но не учел, что был праздник – День благодарения.

– Извините, мне нужен Габриэль Гранфельд. Я писатель Максим Корсаков, предлагаю экранизировать мою повесть «Хранитель сокровищ». Разрешите вам послать рукопись, переведенную на английский язык?

– Как вы меня нашли? Сегодня праздник, День благодарения, у меня дом полон гостей.

Я объяснил продюсеру, что предлагаю ему снять фильм в Голливуде по мотивам произведения «Хранитель сокровищ».

Габриэль Гранфельд, почувствовав решимость в моих словах, подобрел:

– Пожалуйста, господин Корсаков, присылайте. Но вашу рукопись прочитаю только через три месяца – сейчас я в процессе съемок очередного фильма.

Отправив книгу почтовым курьером, я приготовился ждать ответа три месяца.