По ту сторону света

Сердце забилось в бешеном ритме, как у кролика перед забоем, стало тяжело дышать. Горло сковал ком громадных размеров так, что казалось, он вот-вот разорвёт гортань. Рот раскрылся в немом крике.

Возле соседнего дерева навзничь лежала Ирида. Её ноги оказались вывернуты в неестественном положении, свитер разорван. На белом лице виднелись пятна крови. Губы посинели. Взгляд бедняжки, направленный в мою сторону, застыл. В остекленевших глазах больше не теплилось жизни. По моей щеке невольно покатилась слеза.

Пересилив страх, я сделал шаг ей навстречу.

Фонарь осветил тело подруги. Она оказалась точно такой же, какой приходила во сне. И это пугало сильнее… На шее Ириды разбухла гематома, и отчётливо виднелись следы чьих-то больших пальцев.

Наполненный ужасом, я упал на колени. Схватился за голову и закричал так, что голосом распугал всю живность в округе. Птицы в испуге взлетали с деревьев, а вместе с ними прямо мне на голову сбрасывалась осенняя листва.

Карл незамедлительно подбежал ко мне и своими глазами узрел страшную картину.

– Чёрт! Чёрт! – выругался он и прикрыл рот ладонью.

– Господи, кто мог такое сотворить? – послышался комментарий худого мужчины, он подошёл ближе к телу девушки.

Полицейский передал по рации о находке своим коллегам, и те обещали вызвать группу следователей. Карл поспешил меня успокоить. Я уже не замечал, как, сидя на траве, закрывал глаза ладонями, а тело качалось взад-вперед.

– Морфей, ты меня слышишь?

Я судорожно кивнул.

– Ты не должен был это увидеть.

Прости, – он силился отлепить мои руки от головы. – Ну, же, поднимайся. Фрэнк отведёт тебя домой.

Страх намеревался вот-вот забрать мою жизнь. Тяжесть в груди нарастала, сердце пыталось вырваться из груди. Всё закончилось через несколько минут, когда кто-то протянул мне бутылку воды. Я заставил себя сделать глоток, который с болью миновал ком в горле перед тем, как попасть в пищевод.

– Морфей, я не могу тебя здесь оставить. Понимаешь? – участливо продолжил Карл.

Пришлось кивнуть в ответ.

Вспотевшие руки дрожали, и несчастная бутылка так и норовила выпасть из рук. Если бы Карл понимал, насколько расшатана моя психика, то никогда не взял бы меня с собой. Но, видимо, вчера я показался ему адекватным.

Когда дыхание пришло в норму, Фрэнк отвёл меня к своей машине и отвёз домой. Дорога не запомнилась. Я даже не пристегнулся: страх перед смертью Ириды затмил все существующие фобии.

Вернувшись домой, Фрэнк застал Марту моющей посуду после ужина.