Цветочная лавка

– Ну, началось, и ты туда же…

В лавке выстроилась очередь, и посетительница попросила Сесилию поближе показать букет, что стоял в холодильнике. Изумленная Сесилия решила немного подождать. Время от времени она поглядывала на Паулину, чтобы узнать, не освободилась ли она, но очередь не заканчивалась.

– Девушка, для чего вы тут? – рассердилась покупательница. – Попробуйте поменять работу на администратора ресторана, к примеру. Будете вот так красиво стоять и ничего не делать!

Разозлившаяся девушка с трудом пробралась, лавируя между покупателями, к холодильнику и вытащила-таки букет.

К вечеру Сесилия протянула выручку, но Паулина отодвинула руку со словами:

– Это твои, честно заработанные. Кажется, мы неплохо сработались!

– Я думала, ты станешь меня останавливать и отговаривать от похода в клуб.

– Поверь, я не стану привязывать тебя к стулу и держать, как заложницу, в подсобном помещении.

– Да-да, но я не такая, как ты, добродетельная, – Сесилия всунула деньги в задний карман, – я буду брать от жизни всё.

Паулина села на мопед, а Сесилия пошла пешком по аллее. Вдруг девушка услышала, как Сесилия вскрикнула. Морщась от боли, она прислонилась к дереву и ощупывала подвернутую ногу. Паулина поспешила ей на помощь.

– Зачем ты надеваешь туфли, если ходить в них не умеешь!

– Всё я умею! Просто темно, ничего не видно, вот и споткнулась.

– Хорошо-хорошо, – Паулина взяла её руку и обвила вокруг своей шеи, – кажется, кому-то придётся отложить поход в клуб.

Сесилия негодующе сдвинула брови и влезла на мопед.

Войдя в дом, они приковали к себе изумлённые взгляды.

– Что случилось, ты пьяна? – нахмурился Фредли, увидев, как Сесилия держится за Паулину.

– Нет-нет, – урезонила его Паулина, – Сесилия просто споткнулась. На улице темнота непроглядная, аллея не освещается.

– Пусть. Может, тогда она заплутает и не найдёт дорогу к клубу, – буркнул Фредли.

После ужина Паулина постучалась в комнату Сесилии. Не услышав ответа, Паулина открыла дверь. Девушка лежала на кровати, погрузившись в телефон.

– Не нужно меня опекать, – бросила она, не отвлекаясь.