Все в ажуре!

По тем временам все было шикарно организовано, и, когда празднество достигло своего апогея, Стасик внезапно позвал меня покурить. Я был навеселе и считал своим долгом оказывать жениху поддержку во всем. Как только мы вышли в коридор, он тут же впихнул меня в дверь туалета:

– Тут это… Такое дело… Можешь отвлечь Юльку?

– Хочешь сбежать в первый же день? – пошутил я.

– Мне нужно в бордель.

– ? – Я не поверил своим ушам.

– У Юльки третий день месячные (свадьба была не по залету), а тут в десяти минутах знатное заведение.

Я посмотрел в окно: действительно, черная «шаха» с надписью «TAKSI» стояла возле забора.

– А перетерпеть никак?

– Андрюх, три дня! – протянул он со значимостью.

– Тогда через сорок минут на этом же месте!

Он эффектно, в духе зрелого Жана-Поля Бельмондо, выскочил на улицу через окно первого этажа.

Я вернулся к гостям, Юли поблизости нигде не было, я плеснул вискаря и расслабился в холле отеля.

– Андрей, а где Стас?! – Я обернулся, Юля придирчиво сверлила меня взглядом.

– Только что был здесь, наверное, на улице курит…

– Я только что оттуда.

– Тогда в туалете.

– Там мы тоже были! – подключилась свидетельница.

– На всех этажах?

– Андрей, я по глазам твоим вижу, что ты знаешь, где он!

– Боже! Ну, что за нелепые подозрения?! – Я пытался быть убедительным, но Юля считывала все невербальные жесты. Тут я увидел проходящего мимо тамаду и схватил его за рукав: – Чувак, делай что хочешь, но оживи эту чертову свадьбу! Нужен нормальный ураганный движ!

– Хорошо.

– Дорогие гости! Друзья, родственники, коллеги! – Я взял микрофон, ощутив себя молодым Иваном Ургантом. – Давайте же наконец все познакомимся и подружимся, ведь у наших общих друзей сегодня самый светлый день в жизни! – Это спорное утверждение, но я спасал ситуацию, как мог, и с лицемерием здесь переборщить было сложно.

Гости реагировали вяло, и разжечь их не получалось, тем паче что жениха на месте не было. Но когда тамада наконец-то притаранил баян и начал наяривать русско-народные трели, ноги у родственников старшего поколения сами пошли в пляс. Чтобы поддержать волеизъявление народных масс, я тоже выскочил на танцпол и начал присвистывать, в кураже приглашая гостей – растрясти салаты в животиках.