Восемь и ещё две истории про ваших знакомых

В довольно просторном номере у окна стояла женщина. Поскольку она была против света, Осоков не видел её лица, только контур фигуры ? высокий, стройный, женственный. Она медленно пошла навстречу Осокову, он застыл у двери. Хозяйка заговорила странным низким с хрипотцой голосом:

– Ну, что же Вы? Проходите! – она указала рукой на кресло рядом со столиком на гнутых ножках.

Осоков сдвинулся, женщина протянула руку, Осоков пожал узкую ладонь.

– Марианна, – представилась она.

– Осоков… Евгений, – с запинкой произнёс он.

Они сели напротив друг друга перед столиком. Осоков теперь смог её рассмотреть: красивое с немного впалыми щеками гладкое лицо, возраст трудноопределим, женщине могло быть и тридцать, и пятьдесят, тёмно-карие, почти чёрные глаза, минимум косметики, тяжёлые старинные или под старину серьги, на среднем пальце левой руки единственное кольцо в стиле серёг, но не гарнитурное.

– А Онегин Ваш псевдоним? – спросила женщина.

– Нет, клич… прозвище! А откуда вы узнали?

– Надежда Михайловна Вас так назвала.

– Я бы предпочёл водку или самогон, но стесняюсь попросить, поэтому просто водички, если можно.

Женщина широко раскрыла глаза, буквально на мгновение, и улыбнулась:

– Я оценила Ваше остроумие, извините, если ненароком Вас обидела. Я сама не употребляю алкогольные напитки, поэтому мне иногда сложно говорить о них, это терра инкогнито для меня.

Женщина встала, вышла в соседнюю комнату, Осоков услышал хлопок дверцы холодильника. Хозяйка вернулась с подносом, на котором стояли два стакана и бутылка «Перье». Осоков успел опередить женщину и, испросив разрешения помочь, свернул золотистую пробочку с бутылки и разлил воду в оба стакана. Они пригубили воду, Марианна поставила свой стакан на стол:

– Извините меня в третий раз, за то, что так долго оставляю Вас в неведении целей приглашения, если не возражаете, я начну с места в карьер.

– Я весь внимание. – Осоков отметил ещё раз необычность её голоса: его нельзя было определить ни низким, как ему показалось вначале, ни высоким; тембр менялся от интонации говорившей женщины, голос был очень подвижен, и он завораживал.

– Я бы хотела отрекомендоваться. Я сотрудник интернациональной организации ICP, занимающейся распространением культуры в широком смысле.