Роман для себя

Когда его давняя знакомая Наташка Орехова позвонила и пригласила на торжество по случаю вручения ей грамоты Гуманитарной академии, он спросил, будет ли Татьяна, и, когда узнал, что не предполагается, настойчиво попросил пригласить и ее. Не получив однозначно положительный ответ, он потом еще пару раз справлялся об этом. Такая суета была ему не свойственна и могла вызвать у Наташки недоумение. Но она, не имея времени задуматься над этим, просто подтвердила присутствие Татьяны на торжестве, полагая, что та ей не откажет.

Оторвавшись от своих мыслей, он заметил загадочный огонек в глазах Татьяны и улыбнулся. Она тоже улыбнулась и достала из сумки точно такую же банку кофе.

– Вот, а это вам из Италии.

И они дружно рассмеялись.

Татьяна подвезла его до дома на своей машине, и, когда настало время прощаться, он неожиданно для себя вдруг поцеловал ее в губы. Поцелуй длился недолго, но не был поспешным и необязательным. Влад ощутил обволакивающую чувственность и нежность ее губ и уловил в этом, как ему показалось, ее желание более близких, доверительных с ним отношений.

На перекрестках прошлых лет

Мы не встречались. Не случилось.

Распутан времени клубок.

Случилось то, что получилось.

В судьбе своей не зачеркнуть

Ни бед, ни счастья, ни несчастья.

Не угадать, поймешь ли вдруг,

Что не хватает в ней участия

Чего-то главного? Того,

Что в жизни так необходимо…

Любви не проходите мимо!

Бог не простит.

Повернув за угол, Татьяна остановила машину. То, что произошло минуту назад, – этот поцелуй, – было настолько неожиданным, что она растерялась, не успев на него среагировать решительным возражением, и это не укладывалось в ее голове. Как она могла ответить на его поцелуй своим? Легкое головокружение, частое сердцебиение, волнение не позволяли ей дальше вести машину. Она не припоминала, когда последний раз была в таком состоянии, однако, еще не вполне осознанно, наслаждалась возникшими вдруг чувствами, которые ее и пугали, и радовали одновременно.

Глава 2

Хранитель лабиринта

Ангел, хранитель лабиринта, занимался своими обычными повседневными делами.