Колыхание времён. Книга 3. Прошлое в будущем

Кто-то со стороны города крикнул:

– Вперёд! Бей косолапых!

Сотни четыре из дружины Одиссея бросились навстречу. В темноте, хоть и при лунном свете, было не разобрать, всё расплывалось какими-то тенями. И две цепи сошлись, и битва закипела с новой силой. Крики, стоны раненых, лязг мечей слились в единый гул. Славно рубились войны Одиссея, но и противник не один не повернул назад. И понял Одиссей – троянцы в бой идут последний, а это страшно – смертники они и потому ни кто не повернёт назад.

Он сам кинулся в гущу битвы.

Где-то в глубине души скребло – вдруг это Аякс? Не видно в темноте ни зги. Кто-то кинулся к нему с мечом, он увернулся и пронзил врага. Посмотреть хотел, чтоб убедиться, что троянцы перед ним, но не успел – сильный удар по шлёму сбил Одиссея с ног. Он на время потерял сознание.

Когда очнулся, всё было кончено. Услышал голос Нестора, что другом ратным был.

– Это не троянцы!.. Чё от города к нам шли?.. Ну, Аякс! Мне непонятно ни чего.

Одиссей, напротив, всё понял и… зарычал, как раненый смертельно зверь.

Сел, держа руками голову, будто боялся, что отпадёт она от тела.

– Много погибло? – спросил.

– Одиссей! Очнулся? Всех уничтожили до одного, а это… гм-м… войны Аякса оказались.

Одиссей закачался, застонал, вдруг соскочил и закричал в пространство:

– Дейфоб! Убью тебя-я-я! В порошок сотру!

Диомед к ним подбежал.

– Одиссей! У Аякса что-то происходит.

Одиссей оглянулся, понял, что Дейфоб у Аякса обратно в город прорывается. Он застонал опять от безысходности и боли.

У Аякса в лагере кипела битва. Ночью было не понятно, кто бьётся с кем, и понял Одиссей, что если он кинется к нему на помощь, то будет биться с ним, как произошло недавно. Но что же делать? Не стоять же!.. И как троянцы узнают друг друга? Должен быть какой-то знак, но какой?.. И понял, что троянцы и не прорывались вовсе через лагерь. Близко подошли и пустили стрелы горящие в их лагерь по всему фронту от фланга и до фланга, а всё остальное в панике произошло. Днём был маневр – преддверие ночной атаки, чтобы сбить с толка, показать, что нападение возможно.

Так произошло и у Аякса. Но где же ещё? Он чувствовал, что это не конец, а только отвлекающий маневр. Здесь единицы и их задача лишь отвлечь. Вот так мертвецы или полу мертвецы. На востоке заря загоралась, мрак наступил такой, что и руки своей не видно. Перед рассветом тьма сгущается, воздух густеет, словно раздавить пытается всё на земле.

Одиссей поёжился от утренней прохлады.