На границе вселенной. Шёпот звёзд

Скажи мне, как? На тебе ни единого ожога!

– Не знаю, – я ничего не соображал, очень мешались кусачки, которые уже стали частью моей правой руки.

– Доктор велел отвести тебя к нему, как проснёшься. Ты готов?

– Да, – я тяжело вздохнул.

Путь по коридору был мучителен, я только и повторял про себя: «Когда же это всё закончится?». Мы шли медленно, меня шатало от бессилия. Друг придерживал меня за плечи. Он постучался в дверь лаборатории, и Гемилион встретил нас. Доктор велел Валекиану возвращаться в каюту и помог мне дойти до кушетки.

Казалось, вся моя спина – это один большой синяк, и я аккуратно присел. Гемилион придвинул стул и сел рядом со мной.

– Ты помнишь, что вчера произошло? – спросил старик, пристально глядя на меня.

– Отчасти, – я снова взялся за голову.

– Почему Лукас хотел снять ошейник?

– Он был самым старшим из нас, поэтому боялся, что скоро пропадёт, – честно ответил я.

– Ты знаешь, что именно, он сделал?

– Нет, он велел отойти, а я собирался выходить из комнаты, когда всё случилось, – я ещё крепче схватился за голову и говорил, изнывая от боли.

– У тебя может быть сотрясение мозга, мне нужно посмотреть. Ложись на кушетку.

Доктор присоединил к моей голове четыре провода, и минут десять что-то анализировал на приборах.

– Да, всё, как я и думал. Несколько дней покоя, и это пройдёт. Пока поставлю тебе обезболивающий укол, – он снял провода с моей головы.

– Нет! – громко возразил я, насколько было сил. – Не надо никаких уколов!

– Маркус, иначе твоя голова будет болеть ещё долго.

– Я вам не верю!

– Что случилось? Я никогда не обращался с тобой плохо, – недоумевал старик.

– От ваших уколов умирают другие дети! – в отчаянии поспешно говорил я. – Я же не слепой!

Доктор замолчал и задумался. Он встал и ходил по лаборатории, то и дело потирая очки. Я вертелся на кушетке, боль не давала ровно лежать. Гемилион подошёл ко мне и спросил:

– Хочешь я расскажу тебе о тех уколах? Если ты позволишь потом поставить тебе обезболивающее

– Давайте, – еле ворочая языком, согласился я.

– Я хотел сделать тех детей особенными, почти как ты. Я вколол им сыворотку на основе твоей крови, и, честно, я был уверен в успехе, – последние слова он произнёс надорванным голосом.

– Но вы повторите этот опыт снова.

– Да, но тебе нет смысла бояться своей же крови, – старик усмехнулся.