На границе Вселенной. 3 тома в 1

– Мне кажется, что я не гожусь для этой роли, – я старался говорить спокойно и лаконично, не показывая бурю эмоций внутри.

– А вот это уже решит испытание, – Химера взяла со столика бокал с шипучим напитком и поднесла его к губам, чтобы пить медленно, наслаждаясь.

– Что это за испытание, и когда оно будет? Может, я в самом начале сдамся и дам возможность остальным?

– Так не получится, – Химера говорила чётко, а её большие глаза выдавали некоторое удивление. – По правилам либо ты убьёшь противников, либо они убьют тебя первыми.

– Нет! – громко возразил я, вскочив со стула. – Люди не должны умирать из-за чьей-то прихоти! Я хочу отказаться от испытания и вернуться на Землю! – на этот раз эмоции взяли надо мной верх.

– Боюсь, что у тебя нет выбора. Мне не нравятся твои эмоции, и ты мне кажешься слишком странным для рода Гиронимус. На какой планете, говоришь, ты вырос?

– На Амаране номер шесть, – уже спокойнее ответил я и снова сел.

– А как ты туда попал? – Химера пристально смотрела в мои глаза.

– Вы лучше меня знаете это. Я знаю только, что меня нашли на острове, и всё.

– Вспомни, может, какие-то природные явления предшествовали твоему появлению?

– Хм, – я задумался, – мне рассказывали, что в море упал метеорит, из-за него на берег острова обрушилось огромное цунами, которое разнесло всё вокруг.

– Маркус, – её лицо расцвело в лёгкой улыбке, – этим метеоритом был ты.

– Это же невозможно! – на самом деле, я всё помнил, но в этом разговоре мне было важно услышать её выводы, и я запросто смог снова «включить дурачка».

– Теперь картина складывается. Если бы я тогда знала, что ты особенный с рождения, никогда не оставила бы тебя, – её слова звучали без раскаяния, также холодно, как и всегда.

– Значит, вы оставили меня на произвол судьбы? – разочарование моё усиливалось, и я пытался это скрыть, наливая из графина напиток в бокал.

– Я оставила так всех своих детей, кроме тех, кто были рождены от высшей знати.

– Это было жестоко с вашей стороны, – сказал я без тени сожаления и сделал несколько больших глотков кисло-шипучего напитка.

– Как тебе уже известно, у нашего рода сильно снижена эмпатия и способность яркого переживания эмоций. Мы не умеем любить. Мы не скучаем. Мы не сожалеем.

– Но я не такой, – я снова посмотрел в сторону полигона.