Дранг нах остен по-русски. Последняя битва

Наутро обоз поехал дальше по замёрзшим болотам, в соседнюю деревню Рябиновку, а с обозом отправились сорок две души. Тридцать шесть отроков и девиц, от восьми до двенадцати лет, пять молодых вдовиц и старик Терентий сорока трёх лет.

После обоза зима для Теребиловки пролетела незаметно, никто с голоду не умер, даже дети все выжили. Одно терзало мужиков, особенно весной, когда снег таять начал: чем сеять будут? Зерна на посев ни у кого не оставалось, всё тиуны боярские выгребли, а купить семенное зерно не у кого, да и не на что.

По последнему снегу опять пришёл обоз в деревню с теми же барами и дьячком. На сей раз никого в Новороссию не звали, но забрали с собой двух молодух с малыми детьми, что опухать от голода начали, да оставили каждой семье по два мешка семенной картошки, садить её велели не целиком, а четвертинками, после проращивания глазков. Ну, это дело бабы сами давно знали, редко у кого больше пары вёдер картошки до весны доживало. Зерна на посев баре не дали, сказали нынче не сеять, опять неурожай выйдет, дьячок крест на том положил, что сам патриарх и настоятель монастырский ныне монахам сеять рожь не велели, а токмо картошку с репой садить, да овощи разные.

Как в воду глядели баре: лето опять началось с ранних заморозков, которые повторялись каждые две недели, а к Петрову дню упал снег и не растаял. Две недели промерзала земля, за это время в деревню забрели два медведя, пытались раскопать высаженную картошку. Староста обоих застрелил из ружья, старинного, магаданского.

То ружьё беглый стрелец оставил, когда его старостин пасынок из болота спас. Тогда, ещё при царе Иване Васильевиче, бунтовать пытались стрельцы, так их разогнали мигом, кого на виселицу отправили, кого – в южные земли, ногаев покорять. Из того ружья через месяц староста ещё пятерых кабанов завалил, когда целое стадо диких свиней высаженную картошку раскопать пыталось. На том патроны и кончились, да общество мясом уже запаслось.

Мужики целыми днями рыбу ловили в окрестных речках, а вот ягод и грибов опять не уродилось, но до осени община дожила.

И снова, как в дурном сне, повторилась прошлогодняя картина. Собранной из земли картошки еле набиралось до Рождества, но скотины во дворах сейгод не осталось совсем.