Черный квадрат и «белый китаец»

Если кто-нибудь из посторонних пытался внести малейший раскол в их отношения, просто даже сказать об одном из них нечто сомнительное, то немедленно получал достойный отпор. Из троих только Эдуард после окончания института пошел не в органы внутренних дел, а выгодно женился на столичной невесте и попал в адвокатуру. Но затем по какой-то причине развелся и покинул Москву. Андрей Корнев на несколько лет потерял его из виду, однако из письма Николая Малышенко как-то узнал, что Эдуард обосновался в этом городке. Увы, их встреча произошла только сейчас, после гибели Николая.

– Ты почему сел где-то на задворках стола? – недоумевал Эдуард. – А на похоронах вообще спрятался в толпе? Ведь лучшего друга хороним.

– К чему выпячиваться. Меня здесь никто не знает, – ответил уклончиво Андрей. – С Мариной я виделся накануне. Кстати, она тебе очень благодарна за помощь.

– Марина хочет уехать отсюда, – задумчиво сказал Эдуард. – Не только из-за смерти Николая, но и из-за этих нелепых слухов, которые заполонили город.

– А ты что думаешь по этому поводу? – спросил Корнев.

– Марина тяжело переживает утрату мужа и все сейчас воспринимает чрезвычайно обостренно. Пройдет немного времени, боль притупится, и тогда она сможет рассуждать объективно. Я, конечно, пытаюсь всячески ее успокоить.

– А что говорят о смерти Николая?

– Разное. Главным образом то, что его убили из-за какой-то бабы. Только я не очень верю в эту чепуху. Ты ведь знаешь Николая, он свою Марину ни на кого не променяет. А что касается баб… Ну, все мы не без греха.

Хотя Колька всегда был среди нас самый степенный. С другой стороны, странное какое-то убийство, старомодное. Сейчас топором никто не убивает… Когда столько огнестрельного оружия по стране гуляет. Проще и надежнее применить пистолет.

– Ты откуда знаешь, что Николая убили топором? – удивился Корнев.

– Узнаю почерк настоящего сыщика, – улыбнулся Эдуард. – Разговор разговором, а чуть что – сразу насторожился. Да об этом все говорят, разве в нашем городке что-нибудь скроешь.

Нет, хорошо все-таки, что ты приехал! Жаль, что повод только для этого слишком печальный. Никак не могу поверить, что Николая нет. А он часто вспоминал тебя, говорил, надо бы собраться всем вместе. И вот, встретились…

– Ты здесь давно?

– Года два. Разве Николай тебе не рассказывал обо мне?

– Говорил.

– Я отошел от юриспруденции, занялся творчеством. Понял, в чем моя стихия, так сказать. Живопись, художественная фотография и все такое прочее.