Изнанка матрешки. Сборник рассказов

Слева с мой бок впился острый локоть костистого, как рог оленя, Иванса, а справа по мне растекался рыхлый и жаркий Денис.

А где-то позади – можно было иногда видеть зажжённые фары и даже слышать шум моторов – за нами гнались ходкие милицейские машины.

– Скоро?

– Скоро, – цедил сквозь зубы Деркач, завершая очередной лихой вираж.

Нас завалило, жигуль забросило задком и ударило о дорожный знак. Багажник вспучился. Лёня зло захохотал.

– Проклятые лоды!..

Сквозь свист проносящегося мимо воздуха прорвался вой сирены.

Наконец, в золотистом отблеске заката открылось лесное озеро. Оно мерцало за проносящимися стволами деревьев, на мгновения исчезая и появляясь вновь.

– Подъезжаем! – предупредил Деркач и резко свернул с асфальта на едва различимую в сумерках лесную дорогу.

Я утонул в Денисе и окончательно был пронзён локтем Иванса.

Машина с ходу воткнулась в толстую сосну, жалобно застонала, забилась в конвульсиях – мотор работал и рвал её вперёд.

Мы вывалились из салона на влажную траву. Деркач с ругательствами пнул измятый бок жигулей, Лёня выкрикнул на полночь:

– Проклятые лоды! Мы вам ещё устроим!..

– Дача на той стороне! – Деркач побежал к воде. – Раздевайтесь!.. Бросайте всё!

Иванс сорвал с себя рубаху, будто она горела на нём, я запутался в джинсах и снимал их, ужом ползая на земле. Лёня сквернословил и разбрасывал в стороны одежду, она тёмными птицами взлетала и терялась в тени наступающей ночи.

Вода обожгла, выдавила из меня нечленораздельное: – Ы-ы!

– Сбрасывай оболочку в воду, – с пыхтением посоветовал мне Денис, вода вокруг которого клубилась паром.

Белые облачка окружили и остальных моих спутников – они сливались с природой, отдавая энергию воде и заражая меня своими действиями. Во всех моих членах возникла неизъяснимая лёгкость и необыкновенное ярко-звёздное видение окружающего мира.

Мне стало жарко и весело.

Над озером метнулись сполохи яркого света – милицейские машины прыгали по кочкам лесной дороги, но их явно берегли.

А мы уже выскочили на противоположный берег. Уменьшенными и похудевшими впятеро. Жухлая, побитая осенью трава, только что путавшаяся у нас в ногах, теперь стояла по пояс.