Ходоки во времени. Время во все времена. Книга 4

– Тогда, если ты можешь, надо бы проследить, откуда пришли эти «удильщики».

– А этот?.. Уршай?

– Потом.

– Хорошо. Джордан! – распрямился Иван. Фиманец, как всегда, оказался рядом, едва ли не под рукой Ивана. – Останешься здесь, с ними, – он кивнул на колонистов. – А мы, ходоки, посмотрим за «удильщиками».

Джордан вскинулся, было, готовый к противоречиям, но покорно склонил голову.

– Ты им скажи обо мне, чтобы слушались, а то… Начнут тут…

Колонистам, пережившим в течение короткого срока пребывания в облаке столько непонятных и неприятных действий, связанных с исходом в будущее, явно было всё равно, кто теперь останется с ними за старшего.

Они вполуха выслушали Ивана, молча перевели взгляд на Джордана, пытающегося казаться значительным, и вяло покивали в знак согласия.

– Настреляй им дичи, накорми! – уже погружаясь в облако, Иван напомнил Джордану его обязанности.

– Ох, КЕРГИШЕТ! – успел вздохнуть фиманец, провожая едва заметное колебание тени, уходящего в иное время и пространство облака.

Уршай отвечал на нелицеприятные вопросы ходоков.

У Ивана, не знавшего его, создавалось впечатление, что Уршай никогда не пользовался у ходоков почтением. У каждого из них был на него свой зуб. Но и Уршай не страдал особым обожанием к ним. Оттого вопросы и ответы порой уходили далеко в сторону, по мысли Ивана, от темы «удильщиков».

– Как тебя поймали?

– А! Я был у Анассиды, а потом…

– Опять ему наркотики носил? Мы же договорились, а ты, значит, решил, что договор этот не про тебя.

Так что ли? – посуровел Симон.

– Ха! Не я, так кто-нибудь другой…

– Кто же, например?

– Ты меня на слове не лови. Мне и без того тошно! Побудешь у них… обрастёшь не только этим, – Уршай дёрнул себя за бороду так, что в его руке оказался клок волос; он брезгливо стряхнул их.

– А тебе не кажется, что тейшев на тебя натравил как раз он, Анассида? Мы же его, как ты знаешь, давно подозревали в связях с этими «удильщиками».

– Враньё всё это! – резко выкрикнул Уршай и тут же обречёно проговорил: – Может быть, и он.

Я уже думал о том. Тейши напали на меня, когда я возвращался домой, и погнали в прошлое, пока я не стал захлёбываться в густом дыме.

Симон кивнул, возможно, знал, как выглядит у Уршая предел погружения во времени.

– Среди них был кто-нибудь ещё из наших? Как ты, когда гнали меня?

– Не знаю. Может быть, и был. Мне показалось, что кто-то говорил на языке ходоков.