Ходоки во времени. Время во все времена. Книга 4

Прежде чем сказать, Хиркус закусил верхнюю губу.

– Будем надеяться, что он вскоре появиться. А пока…

– С Ваней тоже могло что-то случиться, – с вздохом произнёс дон Севильяк.

– И это может быть…

Но дон Севильяк тут же, опровергая своё предположение и обрывая Хиркуса, сказал:

– С Ваней ничто не может случиться! Он скоро будет!

– Вот почему я и говорю, что здесь нам придётся пробыть долго, так что нам следует подумать уже сейчас, а не тогда, когда это будет поздно.

– Да говори ты прямо! Хотя, – Арно осклабился, – я догадываюсь, о чём ты толкуешь. Они и вправду могут нас поссорить. Так?

– Так, – подтвердил Хиркус.

– Кто? – стал оглядываться дон Севильяк, выискивая тех, кто может покуситься на взаимоотношения ходоков. Взгляд его остановился на женщинах. – Вы думаете, они?

– Вот-вот, именно они! Вы тоже это уже заметили, не только я.

– Но как? – изумился дон Севильяк.

Ему ответила Шилема.

– Нашепчут вам, а вы и уши развесите. Я уже давно вижу, как они вас… Против КЕРГИШЕТА настаивают и против меня. Предупреждаю, я постоять за себя сумею. Даже если кто-то из вас вмешается!

– Остынь! – в виде просьбы посоветовал Арно, – Они тебя просто бояться.

– Я их не трогаю.

– И не трогай, – сказал Хиркус, подумал и добавил, как поощрил: – Пока не трогай. Пока не за что.

– Так о каком раздрае между нами ты говорил? – напомнил Арно.

– Шилема уже сказала. Нашепчут против кого-нибудь из нас, а мы и вправду поверим.

– Они могут, – тяжело уронил дон Севильяк. – Только почему мы из-за них должны ссориться?

– Я к тому и клоню. Договоримся всегда быть вместе и доверять друг другу, что бы с нами здесь не произошло.

– Э, Хиркус! Ты всё-таки думаешь, что мы здесь остались надолго? – дон Севильяк тревожно обежал взглядом лица ходоков. – Но Ваня будет вот-вот.

– А если нет?

– Ну-у…

– Он будет! Вернётся! А вы… – выкрикнула Шилема и отвернулась.

Её выкрик заставил женщин насторожиться и обратить внимание на обособившихся ходоков.

Хелена к тому времени успокоилась, однако взгляд её наполненных слезами глаз бессмысленно блуждал. В бледном пламени костра лицо её казалось застывшей обескровленной маской. Рада вернулась к ней и привалилась щекой к её плечу.