Четвёртый караул

Гаишники всё побросали, прыгнули в свой автомобиль и помчались с мигалками за подотчётным инвентарём…

? А почему лимона нету? ? капризно поинтересовался Ильюхин. Сам он готовил простые незамысловатые супы, для чего отправлял в кастрюлю целую рульку от выращенной им же самим свинки и варил до тех пор, пока с кости не сползало всё мясо. Его супы всегда были наваристы и даже вкусны, но обилие жира, сала и шкурок Волошина порою отпугивало.

? Не слушай его, отличный суп!

? Лимон это уже на ваше усмотрение, но вообще я про него забыл, ? честно признался Волошин.

? А мы дома всегда с лимоном делаем, сразу его в кастрюлю крошим, ? поделился кулинарным секретом Ильюхин.

? Спасибо, Волошин! Очень вкусный обед сегодня.

? Волошин, а как суп называется? ? спросил Каплан, который обедал одним из последних.

? Солянка.

? Точно, солянка. Ты мне рецепт напиши обязательно. ? Каплан поскрёб пустую тарелку в надежде нацедить ещё капельку с колечком маслины. Потом неожиданно сказал: ? А давай ты всегда будешь по кухне дежурить?

? Ну уж нет! ? замотал головой Волошин, но само предложение ему польстило.

Суп и в самом деле вышел отменным.

Остаток дня прошёл тихо. Караул переделал все задания, указанные в журнале ежедневных поручений, и в шестом часу уселся полдничать, когда в части нарисовался Дмитрий Сергеевич.

Начальник отряда подполковник Голубочкин с самого своего приезда в город никогда не пользовался должным уважением среди подчинённых. Из-за невысокого роста и раздутого эго к нему накрепко приклеилось прозвище Наполеон, которое, впрочем, имело ещё и другие более уничижительные варианты.

Дмитрий Сергеевич был трусоват, одинок и уже несколько лет проживал в гостинице, в номере которой держал рацию, благодаря чему мог слышать все переговоры на выездах.

У подполковника Голубочкина не было даже личного автомобиля, и путём хитрых манипуляций он завёл себе водителя для служебной «Волги», которого бессовестно дёргал по любому случаю.

В выходные, когда в гостинице становилось особенно шумно или просто скучно, Дмитрий Сергеевич приезжал на работу, прохаживался по помещениям и, как поговаривали, принюхивался, не пахнет ли от кого спиртным или ещё чем, хотя его заместитель Погорельцев трижды из пяти дней появлялся на работе с запашком, а с жёсткого похмелья от него всегда сильно несло одеколоном.

Сам подполковник Голубочкин, как многие в этом городе, тоже крепко пил от скуки и тоски.