Записки миллионера

– Это подарок. Мне муж на 8 Марта подарил такой же.

Старушка хотела вступить в полемику, произнеся, что в её время настоящим подарком был томик Чехова… а это…

Очередь, конечно, интересовало, какие подарки считались наиболее ценными во времена молодости старушки, но более всего её интересовало другое. Когда наконец этот, так сказать, конец будет оформлен, упакован, проштемпелирован и, преодолев все кордоны и препятствия, полетит тому человеку, которому он и предназначался. А уж как его назвать – подарком, игрушкой, рабочим инструментом, да хоть чёртом лысым, – очередь не волновало.

Очередь хотела на улицу, домой, в кафе, на работу – только не стоять дыша друг другу в затылок.

– Оформляй, – сказала старушка приёмщице, и вся очередь одобряюще выдохнула. И только один голос нарушил консенсус.

– Конечно, мы же Россия, щедрая душа.

В звенящей тишине, очередь, как по команде «на первый, второй расчитайсь», повернула головы на 180 градусов, устремив взгляды в самый хвост. Истинной патриоткой и противницей разбазаривания всего, что нам и самим пригодится, была женщина лет пятидесяти, обладательница достаточно крупной, если так можно сказать, фигуры.

С грудью размером между 4 и 5 и шишкой волос на голове в стиле а-ля Людмила Зыкина. Она стояла подбоченившись, готовая вступить в полемику с любым из нас или со всей очередью сразу.

– А что вы на меня так смотрите? Я что, неправду говорю? За газ они не платят, кредит так и не возвращают, работают в России, не платя налоги. А мы давай ещё и прихоти их будем удовлетворять… Гуманитарную помощь слать.

Вот пусть им ихние Яценюк да Ляшко и помогают.

– Гуманнее надо быть, женщина, – послышался женский голос из очереди.

– Только не надо вмешивать сюда политику, – вторил ему другой.

– Хватит, давайте уже оформляйте, развели демагогию, – взвизгнул мужчина в очках.

– Вот именно, – подхватила очередь.

– Да оформляю я, оформляю. И нечего на меня давить! – повысив голос до визга, произнесла приёмщица, сделав нужные записи и положив бандероль на весы.

– Взвесила? Давай я штемпель поставлю, – сказала старушка, вставая из-за стола и направляясь к приёмщице. Приёмщица, повернувшись в кресле, слегка оттолкнулась ногами от пола и покатилась с бандеролью в вытянутой руке ей навстречу. В момент, когда бандероль перекачивала из одних рук в другие, она "сдетонировала". В испуге приёмщица с силой оттолкнулась от пола ногами и покатилась назад, чуть не опрокинув напольные весы.