1918 год: Расстрелянное лето

– Будешь вести себя тихо, все будет хорошо, – сказал я ей напоследок и вышел из спальни.

Только я склонился над Варкиным, как вдруг открылась входная дверь и раздался хриплый шепот Донского:

– Поручик, часовой на смену идет.

– Засуньте голову в дверь и делайте вид, что подслушиваете, так он вашего разбитого лица не увидит, да и подойдет близко… – посоветовал я, после подошел к двери. – Возьмите штык. Сразу бейте в горло, затем зажимайте рот.

Не успели мы уложить второй труп за дверью, как постепенно стал приходить в себя красный командир.

Окровавленная голова, скривленный от боли рот, бешеный взгляд.

– Мне от тебя нужны только ответы на мои вопросы. Лишнее слово – и тебе будет очень больно.

– Ты, белая гнида, мне грозишь?! Мне, красному командиру, герою?!.

Спустя несколько секунд, после жесткого тычка в нервный узел, товарища Варкина скрутила такая жесткая боль, что ему захотелось дико орать, но только стоило ему раскрыть рот, как классовый враг подло вбил ему туда полотенце, поэтому осталось лишь мычать и биться в конвульсиях.

Отойдя от него, я подошел к дверному проему спальни. Женщина, видно почувствовав мое присутствие, замерла, даже, похоже, дышать перестала. Вернувшись, присел на корточки перед Варкиным. В полутьме немного разберешь, но бледное как мел лицо было четко видно.

– Если понравилось, – я осторожно вытащил из сцепленных челюстей полотенце, – то прямо сейчас повторю. Готов отвечать?

– Жизнь оставишь? – хрипло и тихо спросил красный командир.

– Прямо сейчас не скажу.

Все зависит от правдивости твоих ответов. Если мне все понравится, свяжу и положу рядом с твоей подругой на кровати.

– А что, Фроська жива?

– Зачем мне ее убивать? Мне нужны сведения. Начнем с простого. Где в деревне казарма? Сколько солдат? Где находится арсенал? Есть еще командиры?

Беседа несколько затянулась, но я был только рад даже лишним и, возможно, не нужным мне на данный момент сведениям. Связав руки и ноги Вар-кину, вышел на крыльцо и быстро рассказал то, что узнал.

– Вы оказались правы, Владимир Андреевич, лошадей в деревне нет, кроме лошади местного командира и мерина деда, но при этом у меня появилась хорошая идея.

– В чем она заключается?

– Лошадей в деревне под тачанки нет, но по словам Варкина утром должен приехать комиссар, а с ним будут люди из кавалерийской бригады со своими лошадьми. Они приедут забирать тачанки.

– Вы предлагаете их встретить?

– Их будет от силы полтора десятка. Против трех пулеметов.