Урочище смерти

Урочище смерти

Виктор Павлович Точинов

Ника Велимирова

Века стерли из людской памяти его имя, но все еще грозен и страшен хозяин леса. Он спит, но сон его чуток, а кошмары разрывают тонкую ткань между миром живых и миром мертвых. Горе тем, кто рискнет вторгнуться в его владения: закружит, обманет, подчинит своей воле и затащит в Навь. Не поможет ни древний заговор, ни современное оружие.

Аня едет в Ленинградскую область, чтобы найти пропавшего брата. Вырванная из привычной жизни она вынуждена противостоять силам, которых не понимает и боится.

Найдет ли она дорогу сквозь скованную мороком чащу или сгинет в глуши? Ведь по лесу бродит жадное до человеческого мяса мертвое зверье, Хозяин ищет царицу Нави, а его ярость – ярость самой природы.

Виктор Точинов, Ника Велимирова

Урочище смерти

Пролог

1077 год

Огромная береза была мертва – к исходу цветеня ни единого листочка на ветвях не зеленело, словно безвинное дерево ужаснулось тем богомерзким делам, что под ним творились, и не захотело жить.

Вместо листьев ветви оказались усеяны разным. Висели черепа, птичьи и каких-то мелких лесных зверьков, и разноцветные тряпицы, и мелкие предметы обихода, иные ценные, – то нож, по виду хорошей ковки, то зеркальце в медной оправе, как бы и не фряжское. Кое-где тускло поблескивали монеты. Но больше всего висело баклажек невеликого размера, самых разных: и глиняных, и берестяных, и кожаных, какие в ходу у здешней чуди.

– Срубим? – предложил один из дружинников, и добавил, показывая куда-то на верхние ветви: – Никак там гривна, да с каменьями…

Полусотник Змитрок запретил, и приближаться к бесовскому дереву запретил тоже, – вязанки сухого хвороста метали к подножию березы издали, с нескольких шагов.

Добрались в здешнюю глухомань не без труда. И с потерями: сначала по видимости прочная земля раздалась под копытами передового коня и тот ухнул вместе со всадником в глубокую яму, где торчали заостренные колья.

Покалеченную животину пришлось добить, а дружинному кмету попортило колом ногу, – в седле держался, но пешим идти не мог.

Невдолге стряслась другая беда, не заметили тонкую вощеную нить, растянутую вдоль земли, и сработал в кустах зверобойный самострел, – да только насторожена была та ловушка на людей, причем на конных: даже над лосем стрела прошла бы безвредно.