Цепной пес самодержавия

Эрих фон Фалькенхайн не смог по достоинству оценить его, так как, изучив характер кайзера за многие годы, вообще не предполагал наличия у него чувств, подобных этому. Император, которому подобная ситуация нравилась еще меньше, словно наказывая себя за секундную слабость, отдал приказ резким тоном:

– Генерал, по возвращении в ставку принять немедленные меры! Вы поняли предстоящую перед вами задачу?!

– Будет выполнено все в точности, ваше величество!

– Присядьте, Эрих. Как говорят русские: в ногах правды нет.

– Ничего особенного, за исключением одной поездки. Богуславский ездил на Сестрорецкий оружейный завод. Пробыл там в общей сложности два часа, потом уехал. Что он там делал, выяснить не удалось.

– Что может делать прорицатель на оружейном заводе?

– Никогда не сталкивался с ясновидцами, поэтому не представляю, на что они способны.

– Непонятно и запутано, – задумчиво произнес германский император.

– Может, это просто отвлекающий маневр русских, ваше величество?

– Возможно, а теперь мне хотелось бы услышать ваше мнение по поводу нового предсказания.

– Очевидно только одно, ваше величество. Предсказание малопонятно из-за чувства союзнического долга. Русские нам как бы говорят: мы знаем о том, что произойдет, но подробности вам раскрывать не будем. Еще, мне так кажется… что этим они дают нам понять, чтобы мы поторопились с договором.

– Почему вы так решили, Эрих?

– Мне кажется, что все эти три предсказания, словно вехи, указывают нам путь, ведущий к перекрестку.

Император с некоторым удивлением посмотрел на своего начальника штаба.

– Что-то раньше подобных выражений я от вас не слышал, Эрих.

Генерал замялся.

– Не хотел об этом говорить, ваше величество… Гм. Вся эта круговерть с оракулом и предсказаниями настолько сбила меня с толку, что, будучи в Берлине, я решился пойти к одной известной ворожее… Понимаю, что это все звучит глупо, но сделать с собой ничего не могу: невольно начинаю во все это верить.

– Не вы один, Эрих, – не смог удержаться от признания германский император, но сразу ушел от скользкой темы. – Интересно, как там мой кузен Ники?

– Вы думаете, что с ним происходит то же самое?

– То же самое или другое, но и так понятно, что он еще в большей степени, чем мы, зависит от них! – с нарастающей злостью воскликнул германский император.