Без права передачи

Мы притаились практически на том же месте, где вышли из убежища Сусанина. Гулкие удары сопровождал скрежет – явно люк начал поддаваться. Я покрутил пальцем над головой – на позиции.

Сердце стучит так же громко, кажется даже заглушает удары командира отряда монолитовцев. Адреналин зашкаливает. Если что-то пойдёт не по плану, нам не сладко придётся!

Тридцать секунд, минута – скрежет! И люк, вырванный мощью моторов, не силой человека, отлетает в сторону.

Как я и ожидал, никого фанатики прикрывать прорыв не оставили – горохом сыпанули в самое удобное место для массированной атаки гранатами – в узкий коридор.

Я махнул опущенной вниз рукой – вперёд – и фигурка Шутника скользнула мимо меня. Ещё вперёд! И следом за ней Плюс. Я замыкаю. А теперь можно и не стесняться звуков. Мало того, даже нужно пошуметь – это заставит противника тормознуть, ожидая нападения с тыла.

– Шутник! – ору я.

РГН соскальзывает с её ладони в отверстие.

– Плюс!

Напарник тоже не мешкает. «Лимонка» отправляется в зев люка.

Ну теперь и моя очередь.

Между тремя взрывами не проходит и нескольких секунд. Ощетинившись стволами мы ждём, что произойдёт дальше. Хотя я предполагаю, что дальше происходить нечему. Там реально узко. Хватило бы и одной гранаты, а они получили три. Там сейчас фарш. Никакой экзоскелет не спасёт. Одно плохо – допросить, скорее всего, будет некого. Хотя разве фанатиков допросишь? Упрётся рогом в землю и бубнит с пустыми глазами: «Мы служим Монолиту». Да хоть пеноблоку служите, хоть кирпичу – голова, она либо есть, либо её нет.

Одно слово – фанатики.

Ждём пару минут. Ни движения, ни звука.

Я включаю налобник и аккуратно заглядываю вниз. Точно. Как я и предполагал – фарш.

– Знаешь, чем плох твой план? – слышу сзади голос Плюса и поворачиваюсь к нему.

– Вот это вот, – он тычет пальцем в люк, – надо как минимум вытащить – нахрена Сусанину такой подарок. Ну а как максимум – оттащить подальше и прихоронить.

– И в землю закопать, и надпись написать, – послышался голос Шутника.

 – Что-то вроде: Кто под деревом лежит? Бойцы отряда «Монолит». От чего погиб отряд? Накидали им грант!

– Да ты прям Агния Барто! – проговорил Плюс. – А также Ахматова, Цветаева и прочие поэтессы – в одном лице.

Пусть выговорятся. Это адреналин. После горячки боя часто так. Человек говорит, говорит, говорит – что попало, лишь бы не молчать. Это отпускает его так.

– Говоруны. Хватит разговоры разговаривать, надо дело делать, – я ещё раз заглянул в отверстие.