Полкоролевства в придачу

Самобой был одноручный, весьма миниатюрный и, как часто случается, оружейнику в угоду компактности пришлось кое-чем пожертвовать. Приклада у самобоя не имелось. А рычаг взведения боевой пружины оказался слишком короток и требовал недюжинной силы женщина или ребенок едва ли с ним бы управились. Хотя размеры и изящество формы самобоя могли навести на мысль, что оружие это скорее “дамское”.

Щелк, щелк, щелк, реечный механизм сжимал боевую пружину, как я и подозревал, каждое следующее нажатие на рычаг требовало все больших усилий.

Хозяин, следивший за моими манипуляциями, посоветовал:

Не мучайтесь, пяти раз вполне достаточно, чтобы выпустить все шесть стрелок. Кованый доспех, конечно, не пробьет, но кольчугу или кожаный нагрудник запросто.

Я совету не внял и взвел пружину до конца. Потребовалось для этого двенадцать нажатий. Закончив, перехватил неприязненный взгляд торговца. Боится, что не выдержит имеющая скрытый дефект пружина? Или?..

Лавочник протянул обойму со стрелками.

Можете проверить силу боя. Сейчас повешу мишень.

И действительно повесил на здоровенную деревянную колоду, изрядно расщепленную и истыканную. Я рассудил, что далее поражать своими талантами торговца не стоит, и намеренно стрелял из рук вон плохо. Стрелки летели куда угодно, только не в центр мишени. Две из шести даже не попали в грубо намалеванный внешний круг, воткнулись рядом. Впрочем, воткнулись именно туда, куда я и целился. Оружие оказалось идеально пристрелянным.

С резкостью боя дело обстояло похуже убойная сила падала от выстрела к выстрелу. Все-таки пружина была явно не из гномьей стали.

Однако не будем придираться – главное, что к этому самобою вполне подойдут два десятка стрелок, тщательно упакованных в моем багаже. Непростых стрелок, особых… Я кивнул барону, дескать, то, что надо.

И сколько вы, милейший, хотите за вашу игрушку? спросил сюр Шарлоэ с таким видом, словно собирался заплатить, не торгуясь, сколько с него ни спросят.

Впрочем, так оно и было. Деньги в трех увесистых кошелях, отягощавших его пояс, взгляд лавочника снова и снова возвращался к ним, пока что принадлежали вовсе не барону. Их ему еще предстояло отработать.

Всего лишь двести имперских рэндов, с невинным видом сообщил продавец. Уверяю вас, мессир барон, за работу Гарцхаузов совсем не дорого.

Что скажешь? поинтересовался мессир барон у оруженосца. То бишь у меня.