ОСВОД. Хронофлибустьеры

О том, что пошутили в отделе кадров, не стоило размышлять даже из академического интереса. Наши кадровики, это… В общем, у них шутки юмора не в чести.

– То есть к нам в отдел вот-вот заявится младенец трех дней от роду и приступит к трудовой деятельности… – медленно произнес я. Мозг столь же медленно осознавал неизбежное.

– Маленькая поправка: он уже заявился, – внес уточнение Хуммель. – Ты же с ним только что в дверях разминулся.

Я поначалу ничего не понял, потом вспомнил нечто, пролетевшее между ног и принятое за мячик.

– Этот вот колобок?! Ох…

– А по-моему, очень милый, – сказала Импи.

* * *

Вскоре я узнал, что Малыш Хомяков появился в ОСВОДе полтора часа назад.

И времени зря не терял:

– со всеми перезнакомился, сдружился (кое с кем успел рассориться и снова помириться);

– непонятным способом, дистанционно, сломал замок на двери, который и теоретически-то сломать было невозможно (пообещал, что сегодня же починит, но даже не пытался);

– пять раз подряд выиграл в шахматы-блиц у Властимира (у Властимира! у бессменного институтского чемпиона последних лет!), заработав неплохую сумму;

– разбудил Хуммеля, заявившись в его сон (в сон Хуммеля! против воли сновидца!);

– сделал Ихти и Импи официальное предложение руки и сердца (предложил им усыновить его в видах дальнейшего внебрачного сожительства втроем);

– сделал Злате Васильевне аж целых три предложения (все три – по улучшению компьютерного делопроизводства в отделе, причем все три толковые, как была вынуждена признать наша бессменная делопроизводительница);

– проголодался и поспешил в столовую с целью оформить бесплатное диетическое питание, а заодно позавтракать (зная Лавра Гирудовича Мишкунца, заведовавшего институтским общепитом, можно было смело держать пари: бесплатно позавтракать младенчику удастся после месяца-другого беготни с бумагами по инстанциям, – и Властимир такое пари с Малышом заключил, а теперь сомневался в выигрыше).

Дополнительно выяснилось, что умственное развитие нового сотрудника весьма опережает физическое: ни ходить, ни говорить он за минувшие после родов двое суток толком не выучился.

– Всё, пропал ОСВОД, – сказал я обреченно.

Ответом стал хоровой тяжкий вздох.